Анатолий Рахматулин ^{2 года назад}

Как со стены пользователя отправить стихи на электронный адрес почты

В 1977 году я попал в сержантскую школу в г.Кстово на Волге. Красивые места. Под руку попалась, не помню газеты, статья о трагедии большой многодетной семьи в годы ВОВ. У отца с матерью было 9 детей, все сыновья. Никто из детей не выжил, все погибли на разных фронтах. Под впечатлением я сочинил короткую балладу, с ней я выступал во Дворце культуры г.Кстово, мне подарили большой альбом для фото и грамоту. Кстати, Казахстан в составе СССР тоже на себе испытал всю тяжесть военных лет, здесь также война выкосила поголовно не одну крупную семью.
Отслужил я на Семипалатинском ядерном полигоне старшиной роты.
Используя право автора, я решил оставить младшего сына Егора живым. Сегодня мне 68 лет.

БАЛЛАДА О М АТЕРИ.
Я воплотил трагедию ребят
В подвиг матери, простой обычной мамы,
Чтобы мир забыл такие драмы,
Пусть звучит баллада, как набат.

Сохранится в памяти людей
Подвиг матери-простой, обыкновенной,
Не ищите необыкновенных,
Нет таких в природе матерей.

В наши дни больших семей не стало,
А тогда уверенность была,
Словно соревнуясь с кем, рожала
Молодая мама из села.

С верным мужем мать детей растила.
И подняла девять сыновей.
Все свое здоровье положила,
На вихрастых крепких малышей.

Очень быстро парни повзрослели-
Статные красавцы-хоть куда!
Жили крепко, думать не хотели,
Что грядут лихие времена.

Их никто не пробовал обидеть,
Даже те, кто вроде посмелей,
Кто возьмется кулаками выбить
Частокол из девяти парней?

Тут вступает в действие природа
А она сигналит молодым,
Выбрали любимых из народа
Клим, Богдан, Серега и Вадим.

Всем селом поставили им срубы,
Крепкие добротные дома.
Матери все снохи были любы,
Часто убегала к ним сама.

Мужа в шахте придавило лавой,
Была осень аккурат в конце.
Посадили дети за оградой
Тополек на память об отце.

В 41-м, светлом теплом мае
Сразу четверых ее ребят,
К срочной службе планово призвали,
Вся деревня вышла провожать.

Через месяц этого же года
Раскололась ночи тишина,
Драмой для советского народа,
Началась жестокая война.

Был из братьев самый крупный Жорка
Сильный, добрый, справедливый брат,
С ним Денис, Андрей, Семен, Егорка
Штурмовали райвоенкомат.

А наутро увидал Егорка
Вестового у своих ворот.
И Денис с Андреем, с ними Жорка
Попрощались с домом – и на фронт.

Зарыдала мать, почуяв видно,
Что не в лес грибочки собирать,
Собрались ребята, очевидно,
С немцами всерьез потолковать.

В 43-м, ближе к Курской битве
Получил повестку и Семен.
До утра читала мать молитвы,
Но разбит был Семкин батальон.

На родного сына похоронку
Мать со страха спрятала в чулан.
В тот же день пошел в сарай Егорка
И достал свой старенький баян.

До утра меха его вздыхали,
Пел Егорка весь репертуар.
И соседи, плача, ночь не спали.
Был у музыканта редкий дар.

Стих баян уже по самой зорьке,
Зубы сжал упрямый паренек.
И с отцовским рядом на пригорке
Посадил Семену тополек.

У Егора все пути на Запад,
Отомстить за брата, дав обет,
С просьбой взять на фронт составил рапорт,
Было парню 18 лет.

Долго мать Егорушку искала
По селу, расспрашивая всех,
По соседям, снохам пробежала,
Ее поиск не принес успех.

Проходили месяцы, недели,
Стали письма приходить домой.
Били братья немцев, матерели,
Получая опыт боевой.

Сообщали маме об успехах,
О потерях, что несла война,
И об обязательной Победе,
Путь к ней долгий, но она видна.

А потом скупые похоронки
Почтальон серьезный ей принес,
Был убит Сережа, добрый Жорка,
Пол был мокрым от обильных слез.

Старший брат погиб при переправе,
Гвардии сержант Давыдов Клим.
Храбрый воин, гордость русской славы,
Вслед за ним погиб танкист Вадим.

Выпали из рук дрожащих спицы,
Встала с кресла, обхватив виски,
С яростью израненной тигрицы
Сжала мать со стоном кулаки.

Полегли в жестоких жарких битвах
Под Орлом Дениска и Андрей,
Мать сходила в церковь и в молитвах,
Прокляла немецких матерей.

Славный путь народа-исполина,
Враг повержен, рухнул его план,
А у стен разбитого Берлина
Смерть свою нашел сапер Богдан.

В ливень вышли снохи и под градом,
Пьяные от запахов весны,
К тополям, стоявшим у ограды
Ровно семь добавили они.

Горе матери, как нам его измерить?
В килограммах выплаканных слез?-
Смерть героев выкрасила девять
Прядей до корней седых волос…

Мать не плачет, выплаканы слезы.
Смотрит вдаль, на солнечный закат:
Подскажите, милые березы,
Где мои кровинушки лежат?

У окна садилась вечерами,
Спрятав похоронок приговор.
С взрослыми своими сыновьями
Мать вела чуть слышный разговор.

Где вы, соколы? Отдай детей мне, Вена,
Севастополь, Малая Земля!
Но вздыхают сиротливо стены-
Из могил не встанут сыновья.

Не окликнут маму у порога
Не обнимут ласковую мать,
А она выходит на дорогу,
Словно чуда, продолжает ждать.

Проследим Егора путь и взлеты,
Он попал в ускоренный набор,
Командиром пулеметной роты
Стал любимый младший сын Егор.

До конца войны Егор ни разу
Не решался маме написать.
Думал, если смерть, чтоб только сразу,
Жив останусь, успокою мать.

Но благодаря негласным слухам,
Он о маме все буквально знал,
Что жива, здорова, любит внуков
И уже не так переживал.

По грунтовым дорогам, степями,
Через реки, весеннюю грязь,
Там, где рота Егора, с боями,
Вышла утром немецкая часть.

Что фашисты в деревнях творили?
Сколько крови на этих руках!?
Не пройдете, солдаты решили,
Вы останетесь в этих степях!

За гашетку прилег сам Егорка,
(Пулемет только к вечеру стих),
Это вам за Семена, за Жорку,
Получайте за братьев моих!

В плен не брали, закончилась льгота,
К тем, кто в зверстве терзал наш народ,
Треть бойцов, что остались от роты
Свой до Эльбы продолжит поход…

От невесток любимых, в дорогу
Мать под вечер домой собралась,
У калитки людей сбилось много,
И мелодия ровно лилась.

С тополями стоял на пригорке,
Молодой, но седой капитан,
Колыхнуло в душе, жив, Егорка,
И Егорка выронил баян.

Прибежали снохи и соседи,
Лишь к рассвету свет в доме погас,
Пели про Катюшу, о Победе
За четыре года первый раз.

А потом привел Егор невесту,
Родила она ему ребят,
Слышал я, что тополя на месте,
И густыми кронами шумят.

Долго шла война-четыре года,
Я хочу стихами показать:
Только у свободного народа
Может быть и есть такая Мать.
21.02.2017

Студенческие годы

Иду по роще, запахи вдыхая,
Тропинка к дому нашему ведет,
Издалека, как песня наплывая,
Картина детства предо мной встает.

С очередной футбольной мясорубки
Под краном моюсь у своих ворот,
Мы бились честно в напряженьи жутком-
Сегодня нам уже не важен счет

Чумазый брат с мопедом у сарая,
Ревет мотор-довольное лицо!
Бежит петух, братишку догоняя,
Сестра Галина вышла на крыльцо.

Лежит Дозор в величественной позе,
За домом, где свисает виноград,
Светлана вслух читает чью-то прозу,
Воркуя, с крыши голуби летят.

Хлопочет в кухне мама молодая,
Сестренка с куклами играет на полу,
Зовет отец, по именам скликая,
Обед готов, и я бегу к столу.

Чилик-1975г.

Родной школе-30 лет

Мне сорок два, года неумолимо
Свой бесконечный продолжают бег.
Стучат секунды, пролетая мимо
Не остановит время человек.

В Чилик спешу я, словно на свиданье,
Дороги в лужах, дождь едва прошел,
И вышло так, возможно, не случайно,
Тропой знакомой к школе подошел.

Стою напротив школьного спортзала,
Свою стараясь память разбудить,
Лавина чувств на сердце набежала
И пролегла связующая нить.

Нам по двенадцать было в школе новой,
В осенних красках океан цветов,
Ведет линейку вместе с Воронковой
Любимец наш Геннадий Голубков.

Весь день прошел в эмоциях и спорах,
Передо мною лица тех ребят,
Я вспомнил запах краски в коридорах,
Торжественный порядок школьных парт.

Бином Ньютона и законы Ома
Здесь нам пришлось впервые открывать,
Листки, гармошкой свернутые дома,-
Да, были шпоры, что теперь скрывать?

Два раза в год, заданье выполняя,
С неделю школу сотрясает гром,-
На школьный двор, дорог не выбирая,
Несли ученики металлолом.

Волненье и азарт Олимпиады,
Я вспомнил все-и запахи костров,
Директор Де нам выдавал награды,
И атмосферу школьных вечеров.

Учитель мой, вне всякого сомненья,
Тебе по праву почесть воздадут.
Поклон тебе за мудрое терпенье,
За твой нелегкий благородный труд!

Окончен бал… У школьного порога,
Мечтам навстречу и своей судьбе,
Как журавли, готовые в дорогу,
Мои друзья,-родной 10-й «Б».

…Все позади, в далеком светлом мае,
И где-то там последний мой урок,
Я ухожу, как будто провожая,
Мне вслед знакомый прозвенел звонок…

с. Чилик-1996г.