Май, благодарю Вас за отзыв-вопрос по существу.
Я умышленно не стал акцентировать читательское внимание на прообразе для героя творения, потому что бытует мнение — Велес (как впрочем, все славянские боги) не более чем мифическое существо. При такой постановке вопроса получается: всё моё творчество — это один сплошной миф, несуществующее явление, вместе с которым исчезаю и я сам, ибо ведать не ведаю, как можно отделить одно от другого.
Это мне нужно поменьше разговаривать — выразился так, будто понимаю французский язык, когда речь велась лишь о философско-юморном диалекте.
Прошу прощения, сударыня, за такое недоразумение.
Вы сами можете писать на любом языке, на каком захотите, и говорить слов в минуту сколько угодно много.
Действительно, Светлана, всё к лучшему: лирический герой остался свободным человеком, впереди у которого ещё множество подлунных прогулок…
Приятно сознавать, что мой скромный опус побудил Вас изъясняться по-французски. Вашу шутку оценил по достоинству. А Ваши философские размышления доставили мне особое удовольствие.
Вы говорите на языке, который я понимаю достаточно хорошо.
Хорошее творение, Элеонора.
Уже не помню какая чума меня заставила посмотреть этот тяжёлый фильм о временах фашистской Италии, ибо предпочитаю нечто поироничнее, зато точно знаю — пересматривать не буду ради поддержания бодрости духа.
Ваше объяснение не оставляет места для загадок.
Что касается переделывания старых стихов, то можно такой процесс поделить условно на две части: 1) переделка по форме; 2) переделка по содержанию. С переделкой по форме соглашусь полностью, а вот переделку по содержанию отвергаю (радею за оригинал).
Иногда бывает-случается меня сильно подмывает состряпать аранжировку чужому творению. Даже в таком случае, есть намерение максимально точно отразить оригинал, изменив лишь слегка форму. Хвала богам, такая хирургия меня одолевает крайне редко (до сих пор помню как однажды аранжировал чужое творение, увеличив его вдвое, да ещё неподходящее для публикации — хотя автор оригинала был в восторге от моей наглости — после чувствовал кожей косые взгляды читателей на всё это безобразие ).
С уважением, Савватий Вольский.
Я умышленно не стал акцентировать читательское внимание на прообразе для героя творения, потому что бытует мнение — Велес (как впрочем, все славянские боги) не более чем мифическое существо. При такой постановке вопроса получается: всё моё творчество — это один сплошной миф, несуществующее явление, вместе с которым исчезаю и я сам, ибо ведать не ведаю, как можно отделить одно от другого.
Прошу прощения, сударыня, за такое недоразумение.
Вы сами можете писать на любом языке, на каком захотите, и говорить слов в минуту сколько угодно много.
С уважением, Савватий Вольский.
Приятно сознавать, что мой скромный опус побудил Вас изъясняться по-французски.
Вы говорите на языке, который я понимаю достаточно хорошо.
С уважением, Савватий Вольский.
Уже не помню какая чума меня заставила посмотреть этот тяжёлый фильм о временах фашистской Италии, ибо предпочитаю нечто поироничнее, зато точно знаю — пересматривать не буду ради поддержания бодрости духа.
Некрофилия отменяется — это уже хорошо!
Отлично написано, Май! Обожаю юмор!
Теперь буду размышлять над тем, как же всё-таки отличить поэта от графомана, а графомана от версификатора…
Ваше объяснение не оставляет места для загадок.
Что касается переделывания старых стихов, то можно такой процесс поделить условно на две части: 1) переделка по форме; 2) переделка по содержанию. С переделкой по форме соглашусь полностью, а вот переделку по содержанию отвергаю (радею за оригинал).
Иногда бывает-случается меня сильно подмывает состряпать аранжировку чужому творению. Даже в таком случае, есть намерение максимально точно отразить оригинал, изменив лишь слегка форму. Хвала богам, такая хирургия меня одолевает крайне редко (до сих пор помню как однажды аранжировал чужое творение, увеличив его вдвое, да ещё неподходящее для публикации — хотя автор оригинала был в восторге от моей наглости — после чувствовал кожей косые взгляды читателей на всё это безобразие
С уважением, Савватий Вольский.
«Подведи чем угодно глазки.
Ради сказки всенощно бди.
Можешь тело придать огласке.
Только душу не подведи…
Если милый на тело платье
Вдруг накинет, едва дыша,
Значит, самою ценной кладью
Стала только твоя душа…
А без грима и без объятья,
Не прельщая его ничем,
Разберёшь без противоядья:
Жаждет душу твою зачем?»
Траву жующий диплодок
Был удивительный ходок,
Пока пришелец вездесущий
В себе пыл космоса несущий
Его в песок не уволок…