Живая легенда
Застыли века, обрамлённые пылью,
Подсвечены мысли вселенскими бра,
Все сказки, преданья становятся былью,
Подвластной всецело метаньям пера
По лёгкой бумаге всего мирозданья,
Где образам заданы цвет и объём,
Где чувствами радости от созиданья
Наполнены мы в вечном круге твоём.
Своим проникающим искренним словом
Взрастил в наших душах судьбы семена.
Ты будто маяк в этом мире суровом,
Живая легенда на все времена.
Твоё появление — веха событий
Влечёт и молчанье, и зависть, и свет,
И целую гамму чудесных открытий,
Открытий любых и на вкус, и на цвет.
Пусть рушится мир из стекла и бетона,
Пусть гаснут покрытые льдом города,
Пусть шар увлечётся стезёй Фаэтона -
Словам твоим смерть не грозит никогда.
Своим проникающим искренним словом
Взрастил в наших душах судьбы семена.
Ты будто маяк в этом мире суровом,
Если по картинке, славянский Орфей?
Или всё-таки Михаил Горбачёв?
«Своим проникающим искренним словом
Взрастил в наших душах судьбы семена.
Ты будто маяк в этом мире суровом,
Живая легенда на все времена.»
Я умышленно не стал акцентировать читательское внимание на прообразе для героя творения, потому что бытует мнение — Велес (как впрочем, все славянские боги) не более чем мифическое существо. При такой постановке вопроса получается: всё моё творчество — это один сплошной миф, несуществующее явление, вместе с которым исчезаю и я сам, ибо ведать не ведаю, как можно отделить одно от другого.