Простая ^{2 года назад}

Вот сидишь у мягкой кочки,
Смотришь на сосновый бор,
А на кочке клюквы точки
Заплетаются в узор.

Собираешь клюкву трудно,
Пальцы путая во мху.
Мошка вьётся, лезет нудно
Прямо к шее и лицу.

Воздух чистый, воздух  влажный
Густо лесом напоён!
Этим ароматом славным,
Будто мёдом опьянён!

Мерно ветерок повеет,
Поиграет средь ветвей
Нет нигде лесов милее,
Нет  красивей и родней!

По дороге каменистой
Путник шёл едва живой
В рубашонке неказистой
И с котомкою пустой

Шел давно, с одной мечтою
Лучший дом себе найти,
Чтобы в неге и покое
Своё счастье обрести

Мест немало он красивых
На пути своём встречал,
Но в исканьях горделивых
В них изъяны замечал

И брёл дальше изможденный
Провидение кляня:
Для скитаний я рожденный!
Нет здесь места для меня!

Вдруг в безжизненной пустыне
Он услышал неба глас:
Здесь ты будешь жить отныне
Без довольства и  прикрас!

И упал от горя странник
В горьком иступленье злом:
Я наказан, я изгнанник!
Долго плакал… но потом

Он унял своё страданье
Вспомнил, то о чем мечтал,
И смирившись с наказаньем
Свое счастье сам создал

Через год  на месте этом
Вырос дивный чудный сад
Дом, достойный слов поэта
Плодоносил виноград

Ты не жди от неба чуда,
Стремясь к чуждым берегам!
Лучше сделай жив покуда
Все чего ты хочешь сам

Одиноко стоит в стороне
Старый домик с крыльцом и верандой.
На приземистом тихом холме,
Окруженный душистой лавандой.
Он стоит и мечтает о том,
Что однажды к нему на рассвете
По забытой тропе босиком
Прибегут быстроногие дети!
Что хозяка растопит очаг,
Что труба будет снова дымиться,
И заливистым лаем собак
Двор безмолвный его огласится!
Что когда-нибудь в темной ночи
Его окна опять засияют,
И детишки у  теплой печи
От усталости вдруг задремают.
Что, увидев родное лицо,
Скрипнет лаского так, без укора:
«Почини — ка хозяин крыльцо,
Почини и калитку с забором»
Почини, но молчит тихий двор
Нет собак и очаг не дымится
И веселый ребячий задор ему будет теперь только сниться…

Одиноко стоит в стороне
До сих пор старый  домик с верандой
На приземистом тихом холме
Окруженный душистой лавандой

Полюбил утёс прекрасную звезду,
А она его совсем не замечала.
— Без твоей любви я пропаду!
Но звезда всегда лишь царственно молчала.

Пылкость чувств, души влюбленной стон…
Без ответа преклонение земное.
Ей всего милее небосклон
В безграничном и сияющем покое.

А утёс любил всем существом
И тянулся пламено душою,
Высоко в сиянии ночном
Находил сияние родное.

Он смотрел, безмолвно обожал
И внутри утёса зрело чудо.
Вдруг цветок во мраке засиял,
Ярче звёзд, прекрасней изумруда!

Засверкал он в темноте ночной
Из груди, что горестно страдала,
Посылая свет свой неземной
К той, что всех навек дороже стала

И звезда заметила любовь,
В ней любовь ответно запылала!
По ночам сияя вновь и вновь
Серебром своим утёс теперь ласкала