Любви не существует

— Любви не существует, — шепчет тьма в углу,

— Вы выдумали чувство, чтоб не выть в тупую пустоту.

Самолюбивый род, боящийся зеркал,

Себе придумал миф — и в миф тот уверял.

Вы ненавидите отсутствие огня,

Когда никто не смотрит жадно на вас, маня.

И кто-то первый лгал — красиво и всерьёз,

Что чувство правит миром, как невидимый колосс.

— С кем я веду беседу в этой тишине?

Чей голос льётся холодом по спине?

— Дай имя мне любое из ваших страшных слов:

Демон, сатана — набор пустых основ.

Я не силён в ярлыках, что лепит человек,

Вы любите таблички, чтоб ограничить век.

— Расплата это? Бред? Я тронулся умом

От стен лечебницы и ночи за окном?

— Безумия не больше, чем нужно для людей.

Вы всё, что шире мысли, прячете скорей

В удобную коробку с надписью «больной»,

Чтоб не трещал ваш хрупкий мир дневной.

Вспомни учёных древних, как мудрый Парацельс

Смотрел на лунных странников сквозь звёздный рельс:

Не «порча», не «припадок» — влияние луны,

А вы всё режете миры на сны и ярлыки.

— Тогда кто ты? Зачем невидим мне?

Стоишь ли рядом, дышишь ли во мгле?

— Ты не желаешь видеть, — голос стал темней, —

Глаза — примитивнейший из ваших фонарей.

Вы верите спектру — узкой полосе,

Что мозг вам разрисует в знакомой полосе.

Увидев меня, твой рассудок вскипит,

Как котёл паровой, что к небу гремит,

И вылепит образ из страхов и снов —

Дракона, рога или тысячу ртов.

Зачем профанация? Ты же учён,

Пусть и по меркам своих времён.

— Хоть словом опиши, я выдержу рассказ.

— Ты просишь симфонию дать малышу,

Который пять нот за музыку чтит

И в стуке ведра гармонию мнит.

— Я видел сотни странных, пугающих картин,

Меня не удивит ни хаос, ни один.

— Ах, детские открытки из щелей миров…

Ваш разум цепко ловит крохи из основ.

Не выдумка больных — лишь отблеск, лишь оскол,

Что в вашу форму мысли едва-едва вошёл.

Ум ваш — да, завиден, искрит,

но силы и формы — увы, дефицит.

— Что значит это всё? Скажи без теней.

— Когда твердит «не болен» — он правдой говорит своей.

А ты не замечал ещё одну деталь?

За строчкой наблюдает чья-то тёплая печаль.

— Какой ещё наблюдатель? Кто?

— Тот, кто выводит буквы легко.

Тот, кто считает бредом этот разговор,

Кто выложит его в бездушный коридор,

Где пролистывают строки без огня…

И знаешь, почему забудут все тебя?

Не потому, что мысль пуста и холодна.

А потому что здесь — любви нет ни зерна.

А без неё и демон — лишь пустой мотив,

И мир — не миф жестокий,

А просто… недописанный архив.