Бог ведь с нами!

Очень сильно, брат! И короткая строка звучит здорово!
В самую точку —
«Каждый верит,
Что Бог тоже с ним!
Лишь за дверью
Срывается нимб»

Сильно!

Понравилось словосочетание: «В поле белом запенилась грусть...» Как по мне, то сам не знаю чего я боюсь. Суд над нами, явленье Христа, чёрт с нами, и ждём все конца.

Нет никакой «Богом данной земли», нет никакой этнической принадлежности или врождённой религиозности! Закинь европейского младенца на Чукотку, в Африку, в Папуа,—будет жрать сырого тюленя, заедая ягелем; выковыривать ракушкой червей из дупла,—и будет считать свой остров (гору, пещеру) «обетованной самим Богом», а себя идентифицировать как негра, папуаса, чукчу… Разве нет? Нет изначально никаких понятий типа «Земля», «Родина», «национальность», «вера» и т.д. Всё формируется в сознании в процессе жизнедеятельности; по принципу «где родился, там и пригодился». Закинь «православного» новорождённого в аул,—выростит, будет орать «Убей неверных!» И свой кишлак будет считать «богоданной землёй». Каждый народ считает себя «богоизбранным», свои религиозные цацки «священными»—так было, и так будет. А все эти духовные «принадлежности» к той или иной культуре, впитанные якобы с молоком матери, вскормленные «родною землёю» и т.д.—просто пафос, элемент идеологемы необходимой любому социому,—питай дитя вместо молока матери ослиной мочёй—выростит и будет поклоняться ослице, считая её сосцы «священными» и даруемыми самим богом (Каменным истуканом? Деревянной чурингой? Глинянным фаллосом?) Человек—это животное: кто прикормил—тот и хозяин,—таков по сути сигнификат любой религиозно-идеологической доктрины; впрочем и современная социология здесь не исключение. Увы.