Ты должна выжить!
В доме старом, где тишь и покой,
Где часы отмеряют век за веком,
Жила Агафья, с душой большой,
Светом теплым и мудрым человеком.
Платья старые, кружевной наряд,
Шаль на плечах, как нежности знак.
Взгляд ее — будто вечности взгляд,
В нем и радость, и грусть, и загадка.
Голос низкий, как шорох листвы,
Рассказами наполнял он комнату.
О былом, о войне, о любви,
О судьбе, что катилась по склону.
«Время — круг, — говорила она, —
Прошлое вновь вернется, как эхо.
Слушай сердцем, и будет ясна
Каждая нота, каждая веха».
Дом ее — будто мир в миниатюре,
Часы, портреты, шторы, покой.
В нем живет благородная культура,
Дух былого, согретый душой.
Нет ее, но остался ее след,
В кресле старом, в мелодиях нежных.
Рахманинов звучит, как ответ,
На вопрос о судьбе неизбежной.
И кажется, тетушка близко,
Тихо шепчет: «Жизнь хороша».
Сквозь года, сквозь печаль и риск,
Светит в сердце ее
