Истории бурной молодости
Юмор. Просто Юмор.
Истории бурной молодости. Реальные истории, которые произошли в 90-х годах
Колхозные история
Я оказался на студенческой уборке картошки в колхозе неподалёку от Софрино, в пионерлагере рядом с Домом литераторов. Я и какой-то блатной казах, сын замМинистра Казахстана, а также ещё один студент, имя и фамилия которого навсегда стерлись из моей памяти, оказались в одной комнате. Я скорешился с казахом и мы развлекались метанием ножей. Я повесил на дверь бумажный плакат с предупреждением в виде картинки с молнией на электростолбе и переделанной надписью «Не влезай – убьют». И от нечего делать стали метать ножи. В том числе в дверь. Казах меня заразил этим увлечением, и я однажды взял нож третьего обитателя нашей комнаты, и начал им упражняться.
Мы с казахом наловчились метать всё, любой предмет, от ножниц до открывашки консервов, и однажды дверь нашей комнаты вдруг открылась. Это к нам сунулся препод, один из из трёх, который отвечал за студентов на уборке картошки. Я на автомате метнул нож, который громко воткнулся в дверь перед носом препода. Дверь захлопнулась. Больше к нам вопросов не было.
Но однажды я в очередном броске сломал нож. Он обломился перед рукояткой, то есть умер навсегда. Мы с казахом сделали вид, что ничего не было, и положили сломанный нож обратно. Но его хозяин повел себя как полная истеричка и устроил натуральный холеричный-эмоциональный скандал с предъявлением финансовых претензий. Мы его успокаивали, даже и не собираясь выполнять его требования. Так с обиженной мордой он и провел остаток срока. Ещё помню, как там оказался залетный гастролер-криминал, он нам рассказывал, какие отморозки с обрезами существуют в Долгопрудном, что только начинаешь наезжать, а тебе обрез в нос суют, рассказал историю, как по нему шмаляли из калаша бешеные бандиты в Строгино, так, что он еле ноги унёс, и почему-то с уважением отнесся к казаху, потрогав у того мышцу большого пальца (!) руки и сказав «так я определяю бойцов, ты – боец». Я тогда оскорбился.
Колхозные история
Я оказался на студенческой уборке картошки в колхозе неподалёку от Софрино, в пионерлагере рядом с Домом литераторов. Я и какой-то блатной казах, сын замМинистра Казахстана, а также ещё один студент, имя и фамилия которого навсегда стерлись из моей памяти, оказались в одной комнате. Я скорешился с казахом и мы развлекались метанием ножей. Я повесил на дверь бумажный плакат с предупреждением в виде картинки с молнией на электростолбе и переделанной надписью «Не влезай – убьют». И от нечего делать стали метать ножи. В том числе в дверь. Казах меня заразил этим увлечением, и я однажды взял нож третьего обитателя нашей комнаты, и начал им упражняться.
Мы с казахом наловчились метать всё, любой предмет, от ножниц до открывашки консервов, и однажды дверь нашей комнаты вдруг открылась. Это к нам сунулся препод, один из из трёх, который отвечал за студентов на уборке картошки. Я на автомате метнул нож, который громко воткнулся в дверь перед носом препода. Дверь захлопнулась. Больше к нам вопросов не было.
Но однажды я в очередном броске сломал нож. Он обломился перед рукояткой, то есть умер навсегда. Мы с казахом сделали вид, что ничего не было, и положили сломанный нож обратно. Но его хозяин повел себя как полная истеричка и устроил натуральный холеричный-эмоциональный скандал с предъявлением финансовых претензий. Мы его успокаивали, даже и не собираясь выполнять его требования. Так с обиженной мордой он и провел остаток срока. Ещё помню, как там оказался залетный гастролер-криминал, он нам рассказывал, какие отморозки с обрезами существуют в Долгопрудном, что только начинаешь наезжать, а тебе обрез в нос суют, рассказал историю, как по нему шмаляли из калаша бешеные бандиты в Строгино, так, что он еле ноги унёс, и почему-то с уважением отнесся к казаху, потрогав у того мышцу большого пальца (!) руки и сказав «так я определяю бойцов, ты – боец». Я тогда оскорбился.
