Пробуждение
![Пробуждение](/templates/wide/images/my_pictures/no-img-big.jpg)
Единство утюга с розеткой
Рождает мысли о причинах,
Рука, сжимающая чашку, –
Круговорот воды в природе.
Осёл жуёт охапку сена,
И, значит, мудрость преходяща,
И измеряема стогами
Травы, которой прорастаем.
Играл на скрипке Паганини,
А мы упорно не умеем.
Кусок железа в пишмашинке
Оставил след на чьих-то лицах,
Входная дверь дрожит в тревоге,
А ноты чёрною икрою
На лист упали в беспорядке
И там уснули до поры.
Две маленьких летучих мыши,
Шурша, забились между рам,
И доказали, что рождённый
Летать – и ползает неплохо.
Взаимоважность дел и слов –
Предмет, достойный постиженья
Всей жизнью или даже смертью,
После которой – что он нам?
Включив меня в состав среды,
Мне с детства загрязняли разум.
Я чист, как этот первый снег,
И так же вреден для здоровья,
А с фотографий на стене
Мне все участливо кивают,
Твердя, что скука – динамит…
Письмо – искра, и взрыв под утро
Пробил и потолок, и крышу,
И в крыше сделалась дыра,
И в ней застрял кусочек неба,
Коль вправду Бог – это любовь,
То нам придётся допустить –
Всевышний может быть несчастен,
Безумен, похотлив и слеп.
Тошнит от плесени в подвале,
Но что же нас туда так манит?
Врождённую мечту о небе
Мы отложили на потом.
Подвластны бабочки огню,
И это всё же благородней,
Чем наши поиски тепла.
Штурмуя тысячный подвал,
Забытую мечту о небе
Мы отложили на вчера…
В веках гонимые проклятьем,
Смешавшись, тысячи гармоний
Терзают день и ночь друг друга,
Не оттого ли мир нелеп?
Лишён гармоний звёздный хаос,
Отец любого разрушенья,
Он вечно спит, паря над миром,
И этот хаос полон смысла.
Как беспричинны эти слёзы,
Что полились из горла воем -
Меня ласкает ностальгия
По будущему не со мной.
Доколе ждать тебя за годом год?
Я сознаю – для вечности – мгновенье,
Но для мгновенья – вечность,
Ангел мой!
Я сознаю, что намертво закован
В броню досужих комплексов и лиц,
Я жив под ней, но твой удар небесный
Пробьёт её, лишь если любишь ты
Удары.
Но это далеко не всё,
И даже не начало,
А лишь исход предыдущего…
Аппетит приходит во время чумы.
1988 г.
Рождает мысли о причинах,
Рука, сжимающая чашку, –
Круговорот воды в природе.
Осёл жуёт охапку сена,
И, значит, мудрость преходяща,
И измеряема стогами
Травы, которой прорастаем.
Играл на скрипке Паганини,
А мы упорно не умеем.
Кусок железа в пишмашинке
Оставил след на чьих-то лицах,
Входная дверь дрожит в тревоге,
А ноты чёрною икрою
На лист упали в беспорядке
И там уснули до поры.
Две маленьких летучих мыши,
Шурша, забились между рам,
И доказали, что рождённый
Летать – и ползает неплохо.
Взаимоважность дел и слов –
Предмет, достойный постиженья
Всей жизнью или даже смертью,
После которой – что он нам?
Включив меня в состав среды,
Мне с детства загрязняли разум.
Я чист, как этот первый снег,
И так же вреден для здоровья,
А с фотографий на стене
Мне все участливо кивают,
Твердя, что скука – динамит…
Письмо – искра, и взрыв под утро
Пробил и потолок, и крышу,
И в крыше сделалась дыра,
И в ней застрял кусочек неба,
Коль вправду Бог – это любовь,
То нам придётся допустить –
Всевышний может быть несчастен,
Безумен, похотлив и слеп.
Тошнит от плесени в подвале,
Но что же нас туда так манит?
Врождённую мечту о небе
Мы отложили на потом.
Подвластны бабочки огню,
И это всё же благородней,
Чем наши поиски тепла.
Штурмуя тысячный подвал,
Забытую мечту о небе
Мы отложили на вчера…
В веках гонимые проклятьем,
Смешавшись, тысячи гармоний
Терзают день и ночь друг друга,
Не оттого ли мир нелеп?
Лишён гармоний звёздный хаос,
Отец любого разрушенья,
Он вечно спит, паря над миром,
И этот хаос полон смысла.
Как беспричинны эти слёзы,
Что полились из горла воем -
Меня ласкает ностальгия
По будущему не со мной.
Доколе ждать тебя за годом год?
Я сознаю – для вечности – мгновенье,
Но для мгновенья – вечность,
Ангел мой!
Я сознаю, что намертво закован
В броню досужих комплексов и лиц,
Я жив под ней, но твой удар небесный
Пробьёт её, лишь если любишь ты
Удары.
Но это далеко не всё,
И даже не начало,
А лишь исход предыдущего…
Аппетит приходит во время чумы.
1988 г.