Грехопадение
Тип произведения:
Авторское
Стынет воск на моих помертвелых перстах.
Пред Казанскою — в чёрном, коленями — в плиты.
Семь ночей и семь дней... Я не помню про страх,
Только ладаном горьким ступени облиты.
Я сегодня пришла вам об этом сказать,
Золотому Николе и кроткому Спасу.
Сам Властитель Аида из огненной пяди
Мне свою протянул ледяную лампаду.
Он вошел. И отпрянула комната высь.
И такая на плечи обрушилась нежность,
Что казалось: все муки мои начались
Лишь затем, чтоб познать эту злую безбрежность.
Я губами ловила багровую тьму,
Я впивала геенну, как сладость земную.
Это было по вкусу, по сердцу — ему,
И я отдалась поцелую вплотную.
Семь ночей и семь дней совершалась вина.
А когда над Москвой загорелась восьмая —
Очнулась. За окнами стыла весна,
Вся сквозная, пустая, немая, слепая.
Там, где ныло под грудью — теперь только лёд.
Вы простите ль меня, всеблагие иконы?
Тот, кто пламя вдохнул, тот его и убьёт,
Разорвет эти страшные, злые законы.
Укрепите мне душу, святой Михаил,
Отведите копьем сатанинскую силу!
Чтобы он за оградой мой след не хранил,
Не манил мою память в глухую могилу.
Я боюсь обернуться на шорох пустой,
На мерцанье свечи у резного киота...
Ведь во мне еще дышит тот сумрак густой,
И опять захочу этой грешной дремоты.
Звукозапись:
