«Когда сила — в единстве»
Тип произведения:
Музыкальная лирика
У Змея Горыныча было три головы —
Три голоса, три взгляда, три пути.
Они делили небо, грозы и ветра,
Вместе учились пламя в сердце нести.
В согласии жили, не зная разлада,
Врагов сокрушали единым ударом,
И мир перед ними склонялся когда‐то,
Воспринимая их как силу как дар.
Но однажды одной из голов нашептали
Сквозь тьму и обман ядовитые речи:
«Ты древнее, мудрее, достойнее стали,
А прочие — лишь груз на твоём могучем плече».
И голова та поверила в эту ложь,
Возомнив себя центром вселенной и права,
Решила, что тело — её только дрожь,
Что воля других — пустая, лишняя молва.
Она выкопала море, чтоб след оставить,
Изобрела колесо, чтоб мир удивить,
Конституцию стала писать, не уставая,
Мечтая всем правителям роднёй прослыть.
А двум другим головам кричала с презреньем:
«Вы — паразиты, ненужный балласт,
Вам не понять высокого предназначенья,
Я буду править, а вы — лишь молчать и ждать».
Она твердила: «У меня — два глаза, нос, рот,
Я цивилизованна, я знаю, как жить,
А вы — лишь придатки, пустой оборот,
Вам не дано этот мир по-настоящему чтить».
И захотела она единолично решать,
Кому дышать, куда лететь, кого жечь огнём,
Решила, что вправе над телом господствовать впредь,
Забыв, что без двух других она — лишь тень над холмом.
Но тело не знало границ и разделений,
Органы, что ей казались «своими»,
Служили всему существу без сомнений,
И боль одной отзывалась во всех остальных, живых.
Сердце билось на всех, и кровь текла единая,
Крылья не знали, чья голова им велит,
А если одна из голов становилась воинственной,
То всё тело в битву вступало, забыв покой и быт.
Две другие головы не рвались к господству,
Но видели ясно: беда на пороге стоит.
«Мы — не придаток, не тень и не просто удобство, —
Сказали они. — Мы — часть, без которой ничто не звучит».
«Если ты отделишься, станешь гордой и одинокой,
Тело ослабнет, и враг нас легко сокрушит.
Сила Горыныча — в связке, в пути глубоком,
В том, что три голоса вместе поют, а не кричат».
Но гордая голова не хотела слушать,
Ей сладок был вкус власти, горчил лишь совет.
Она продолжала шептать себе: «Я — лучше,
Я — сердце, я — разум, я — главный ответ».
И тогда тело само подало голос тихий,
Сквозь мышцы, сквозь жилы, сквозь каждый удар:
«Я не могу жить, разорванным, странным, диким,
Без трёх своих голосов я — лишь пепел и жар».
Пламя погасло на миг, и ветер стих в ожидании,
Три головы встретились взглядом в глухой тишине.
И в этом молчании родилось понимание:
Сила — не в том, чтобы править, а в том, чтобы быть вместе, в цене.
Гордая голова опустила взгляд, стыдясь,
Увидев не врагов, а братьев, что рядом стояли.
«Простите, — прошептала она, прогоняя гордыню прочь, —
Без вас я — лишь слово, что ветер унесёт».
С тех пор они снова летели под небом бескрайним,
Три голоса пели, сплетаясь в единый мотив.
Ведь сила Горыныча — не во власти случайной и странной,
А в том, что три сердца бьются, друг друга храня и любя.
Звукозапись:
