Скорее прячься!
Супруги плач меня совсем не остановит.
На нежной коже хрупких рук сомкнётся сталь.
Она сквозь слёзы что-то тихо мне промолвит.
Но я запру её в подвале. Очень жаль...
За дверью запертою плач утихнет вскоре.
А я залью души терзания вином.
Уже смеркается. Сверчки друг другу вторят.
Луна блином висит над лесом, за окном.
Пока всё тихо, не доносится ни звука.
Я задремал, слегка кивая головой.
Но мой покой нарушен был душевной мукой.
В ночи прорезал тишину протяжный вой.
Свою любимую сковал, но я - не ирод!
Прогнать пытаюсь все дурные мысли прочь.
Я не спущусь в подвал за все богатства мира...
К богам взываю. Пережить бы эту ночь.
Ужасный рык, взрывая тишь, пронзает сердце!
Вот норовит слететь с петель в подвале дверь.
От ликантропии лекарства нет и средства.
Там, в подземелье, затаился лютый зверь…
И я поверить во всё это не могу.
Раз в месяц чудище сменяет вдруг супругу,
Что жаждет крови и – стереть меня в муку!
И каждый раз всё повторяется по кругу.
Я видел в щель - её огромные клыки,
Всё тело шерстью покрывается внезапно...
Молю, не пали чтоб под натиском замки́!
Но вот я слышу – вдалеке шагают лапы...
Видать, сломалась от её ударов дверь.
Не может быть!
Меня вот-вот порвут на части!
Сюда идёт огромный оборотень-зверь.
Мой страх панически кричит: «Скорее прячься!»
На нежной коже хрупких рук сомкнётся сталь.
Она сквозь слёзы что-то тихо мне промолвит.
Но я запру её в подвале. Очень жаль...
За дверью запертою плач утихнет вскоре.
А я залью души терзания вином.
Уже смеркается. Сверчки друг другу вторят.
Луна блином висит над лесом, за окном.
Пока всё тихо, не доносится ни звука.
Я задремал, слегка кивая головой.
Но мой покой нарушен был душевной мукой.
В ночи прорезал тишину протяжный вой.
Свою любимую сковал, но я - не ирод!
Прогнать пытаюсь все дурные мысли прочь.
Я не спущусь в подвал за все богатства мира...
К богам взываю. Пережить бы эту ночь.
Ужасный рык, взрывая тишь, пронзает сердце!
Вот норовит слететь с петель в подвале дверь.
От ликантропии лекарства нет и средства.
Там, в подземелье, затаился лютый зверь…
И я поверить во всё это не могу.
Раз в месяц чудище сменяет вдруг супругу,
Что жаждет крови и – стереть меня в муку!
И каждый раз всё повторяется по кругу.
Я видел в щель - её огромные клыки,
Всё тело шерстью покрывается внезапно...
Молю, не пали чтоб под натиском замки́!
Но вот я слышу – вдалеке шагают лапы...
Видать, сломалась от её ударов дверь.
Не может быть!
Меня вот-вот порвут на части!
Сюда идёт огромный оборотень-зверь.
Мой страх панически кричит: «Скорее прячься!»
Другие люди читают эти стихи и под впечатлением от прочитанного боятся создавать семьи — ячейки общества.
А страдает кто в первую очередь?
Правильно, демографическая программа!
«Как бессонница в час ночной
Меняет, нелюдимая, облик твой,
Чьих невольница ты идей?
Зачем тебе охотиться на людей?» ©