Я снова начал бродить
Я снова начал бродить в темноте,
Одиночества во мне сполна,
Сочиняю стихи в немой пустоте,
Зачем возвращаться туда, куда вновь не напишет она?
Не счастье дает нам покой
А боль, разрезающая пространство ,
И если всех нас поведут на убой,
То пусть хоть хоронят, как верных сынов христианства
Жить в империи мифа трудно,
Особенно если в ней мало смысла,
Хоть говорить и мечтать о империях в наш век безрассудно,
Впрочем, все уже скатилось на дно прогнившего коромысла
Я скорее был бы послом культурной империи,
Чем погибать в мировом лицемерии,
Остается жить при культуре отмены,
Писать низкосортные поэмы,
Не сбивая ни темпа, ни больной парадигмы.
И слыша, как мурчит осення листва,
Не думай, что в жизни твоей,
Наступила белая полоса,
Образ ее, сохраняя в памяти своей.
Мне бы в год от Рождества Христова
Тысяча девятьсот шестьдесят шестого,
Увидеть тех, за кем мы не успели,
Предупредить других о грядущем расстреле.
Одиночества во мне сполна,
Сочиняю стихи в немой пустоте,
Зачем возвращаться туда, куда вновь не напишет она?
А боль, разрезающая пространство ,
И если всех нас поведут на убой,
То пусть хоть хоронят, как верных сынов христианства
Особенно если в ней мало смысла,
Хоть говорить и мечтать о империях в наш век безрассудно,
Впрочем, все уже скатилось на дно прогнившего коромысла
Чем погибать в мировом лицемерии,
Остается жить при культуре отмены,
Писать низкосортные поэмы,
Не сбивая ни темпа, ни больной парадигмы.
Не думай, что в жизни твоей,
Наступила белая полоса,
Образ ее, сохраняя в памяти своей.
Тысяча девятьсот шестьдесят шестого,
Увидеть тех, за кем мы не успели,
Предупредить других о грядущем расстреле.
