Завтрак съешь сам,
обед раздели с другом,
а ужин отдай врагу (с)

* * * *

Спустилась ночь над городищем,
Окутал землю чёрный мрак,
А за столом приёма пищи
Сидели
      ужин,
                 я
                     и враг.

Шёл третий час переговоров,
Без криков "геть!" и без "ганьба!",
Без оскорблений, лишних споров
Решалась ужина судьба.

Шептал мне ангел-диетолог:
- Не жмись - отдай еду врагу!
Пусть это жирное рагу
Ему в кишки вонзится колом!

В другое ухо чёрт-обжора,
Бубнил: - Да что ты?! Филантроп?!
Продукт на рынке нынче дорог,
А тут мясца - на эскалоп!

А враг молчал, сжимая вилку,
На стол бросая жадный взор.
Налил себе в стакан горилку
И ждал когда закончим спор.

Затем, молчание нарушив,
Съязвил, сославшись на Восток:
- Ты мудрецов бы тех послушал,
А то "буровишь" чёрте что!

А я спросил: - Даешь мне клятву,
Что, если ужин я отдам,
Ты не припрёшься в дом мой завтра
И не "раззвонишь" всем врагам?

Враг забожился на горчице,
(На хлеб намазав толстый слой)
Что если так, мол, де случится,
То он в квартиру - ни ногой!

И договор скрепив слюнями,
Мы завершили свой хурал:
Я спать ушёл в постельку к маме,
А враг весь ужин мой сожрал.

* * * * *

Да, в силу скромности природной
С врагом мне спорить не резон,
Когда есть в спальне бутерброды,
Шмат сала, лук и самогон. ­