Неприкаянные
Нам некто отмерил границы, сроки.
Поставил сценарий и роздал роли.
Составил маршруты, открыл дороги
и выпустил в мир, безразличьем болен.
Ваятель судеб, безупречный профи,
святой инженер лабиринтов мира,
в котором все тропы ведут к Голгофе,
греха и любви причастив просвирой.
Шалеем: любовь ведь была обещана,
а вышла – ну чистой воды коммерция…
Закон воздаянья и книга вещая –
жизни пиратская демо – версия.
Здесь именем Божьим творят беззаконие.
Здесь каждый отмечен печатью Каина.
Мы случайные, брошенные, посторонние…
Трудно жить, Господи, неприкаянным…
Опутали душу канаты - вены.
Мы – псы на цепи бытия земного.
За право любить назначают цену
по вымышленным прейскурантам Бога.
А мы занимаем места в партере,
забыв, что и сами актёры шоу,
талантливо поданного в манере
трагикомедии трёхгрошовой.
Хоть шут, хоть купец, мытарь или царь –
для всех уготовано неизвестное
и страх перед Вечностью не излечится
силой молитв и знаменья крестного.
Ступаем по звёздному отражению
на коже острогов бетонно – каменных,
где в тренде к согласию принуждение
таких же забытых и неприкаянных.
Поставил сценарий и роздал роли.
Составил маршруты, открыл дороги
и выпустил в мир, безразличьем болен.
Ваятель судеб, безупречный профи,
святой инженер лабиринтов мира,
в котором все тропы ведут к Голгофе,
греха и любви причастив просвирой.
Шалеем: любовь ведь была обещана,
а вышла – ну чистой воды коммерция…
Закон воздаянья и книга вещая –
жизни пиратская демо – версия.
Здесь именем Божьим творят беззаконие.
Здесь каждый отмечен печатью Каина.
Мы случайные, брошенные, посторонние…
Трудно жить, Господи, неприкаянным…
Опутали душу канаты - вены.
Мы – псы на цепи бытия земного.
За право любить назначают цену
по вымышленным прейскурантам Бога.
А мы занимаем места в партере,
забыв, что и сами актёры шоу,
талантливо поданного в манере
трагикомедии трёхгрошовой.
Хоть шут, хоть купец, мытарь или царь –
для всех уготовано неизвестное
и страх перед Вечностью не излечится
силой молитв и знаменья крестного.
Ступаем по звёздному отражению
на коже острогов бетонно – каменных,
где в тренде к согласию принуждение
таких же забытых и неприкаянных.