Чингачгук

Год двадцать двадцать два

Двадцать первого века.

Представьте себе сего человека:

Достаточно молод, не толст и не худ,

Он холост, бездетен, угрюм, как верблюд.

Живущие рядом – ненужный планктон.

Он их обтекает, надев капюшон.

Что вне интересов – возня, мишура.

Его занимает только игра.

Лишь там его мир, его страсть, его жар –

Горящий, негаснущий, вечный пожар!

В огнях и в дыму боевой монитор,

Гудят от нагрузки броня и мотор.

Бегущие пальцы, вспотели ладони,

Багровы, как кровь, следы пепперони.

Потеряно время – его больше нет, –

В схватке вселенской гибнет сосед!

Сквозь полночь доносится воинский клич –

С гигантской армадой он врезался в клинч.

Лишь стук по стальной голосящей трубе

Рождает вопрос в шальной голове.

Когда объявили призыв на войну,

Наш воин затих, подарив тишину.

Не слышны разрывы, выстрелы, вой –

Пропал, растворился, исчез наш герой.

Призыв завершился – опасность прошла.

И… чудо! – опять покатилась игра!

К врагу беспощаден, к жалости глух

Наш воин, наш вождь – боевой Чингачгук.