Про мой сольный концерт

­­­­В современной жизни мы всё реже и реже поём. Изредка с подружками в караоке, или какая подвыпившая романтичная душа пройдет вечером по улице с акапелльными подвываниями. Давно не слышно про школьные хоры, как раньше. Праздничные застолья обходятся без гитары.

А гармошки, наверное, только в ансамблях народной песни остались или у энтузиастов, и фоно продано давно. Почему так сложилось - вопрос сложный.

Но случаются в жизни исключительные обстоятельства, как, например, те, при которых произошёл мой неожиданный "сольный концерт".

Лет больше десяти назад довелось мне отдыхать в одной чудесной деревеньке на Волге, и соседка взяла меня по дружбе с собой в лес, за черникой.

Набилась целая машина её родственников, повезли нас в секретное место, куда только на уазике проедешь, по каким-то зарубкам на деревьях, километров двадцать вглубь леса, а лес там знатный, заповедный, тайга практически, глушь.

Проезжали мы, кстати, мимо кладбища в лесу - прямо между вековых сосен могилы, кресты, венки, цветы. Не заброшенный погост, на котором вырос лес, а действующее сельское кладбище, где продолжали хоронить.

Мне показалось это удивительным.

Основательно растрясясь по лесным колдобинам, остановились, наконец, на поляне, обрамленной упавшими деревьями. С одной стороны болото, с другой густой лес, всё покрыто бархатным зеленым мхом, и всё - сизое от черники.

Даже не представляла, что бывает столько её в одном месте - всё, куда ни глянь, в ягодах!

Деревенские быстренько разбрелись, они тут не впервые были, а я побоялась отходить далеко от машины. Так и ползала в радиусе видимости машины, горстями сгребая ягоды, половину в ведро, остальное в рот - наслаждение, тишина и благодать.

Попадались и такие скелетики ягодных кустиков, без листиков и ягод, я уже знала, что так медведь ягоды объедает.

И слышу вдруг я серьёзный такой треск, с другой стороны, не с той, куда весь народ ушел.

Стало очень страшно.

Сижу, прикидываю, успею ли добежать до машины.

Но я не знаю, открыта ли она.

Сижу, боюсь.

А может, там наши кто-то собирает, просто обошли кругом? Наверное, так и есть.

"-Наадь", - кричу.

Тишина.

Звук собственного голоса неожиданно меня успокоил.

И чего, думаю, я буду в машине сидеть дрожать? И черники хочется набрать.

Вспомнились дядины слова, что зверь в лесу летом только если случайно на человека наткнется, а так он тоже нас боится, и если слышит людей - уходит от того места.

Но как сделать, чтобы медведь узнал, что тут я сижу?

Надо как то пошуметь. Из музыки на кнопочном телефоне только звуковые сигналы. Стучать палкой по дереву? А как же собирать ягоды?

Разговаривать сама с собой? А если... Точно!

И я запела.

Первым, со страху, из меня полилось "Огней так много золотыых, на улицах Сараатова..."

Петь я не то, чтобы совсем не умею, но - лучше не надо.

Но в тот день - то ли акустика лесная так сыграла, то ли адреналин придал силу - я пела, как никогда.

Всё, что знала, включая гимн Советского Союза.

И так мне понравилось петь в лесу, скажу я вам! Мелодичные русские песни как-то очень органично встраивались в окружающую обстановку, не были там чужеродны или неуместны.

Вот прямо ложились на душу.

Никогда больше не получала такого удовольствия от пения.

В кустах иногда потрескивало, но треск не приближался. Тоже слушал, видать.

Черника собиралась намного быстрее, через час-полтора, когда все вернулись , я наполтынила полное большое ведро, вызвав неподдельное удивление моих сотоварок:

"Ого, а городская-то больше всех набрала!".

Так я и не увидела, кто трещал в кустах. И слава Богу.

Теперь на вопрос о моих певческих способностях отвечаю - "пою, но только для медведя".

2020г.