Дед Егор.

Это было давно, когда Сталин ещё

В мавзолее двуспальном пылился,

Только-только входил ещё в силу Хрущёв

И в ООН ещё не матерился.

Истопив себе баньку и выпив кваску,

Уложив чемоданчик фанерный,

Дед Егор в дальний путь собирался, в Москву

Из далёкой сибирской деревни.

Хоть не та уже сила у старческих ног,

И к дождю поясница гудела,

И не то чтоб хотел, но не ехать не мог,

У него было важное дело.

Слух пошёл по деревне, мол, тронулся дед

И пугала распутицей осень,

Но собрался Егор, и Василий, сосед

До села на телеге подбросил.

А теперь и до станции путь недалёк,

В тех местах сорок вёрст – не дорога,

На трёхтонку шофёр, разбитной паренёк

Подсадил, поломавшись немного.

Ну, теперь уж пути-то обратного нет,

Потоптался на грязном перроне

И купил себе самый дешёвый билет

Тот, что в общем, не в мягком вагоне.

Проводнице усталой его предъявил,

Сел на лавку, поддёрнувши брюки,

Чемодан на колени и сверху сложил

Трудовые, корявые руки.

За окном замелькали огни городов

И природа в осеннем наряде,

Вспоминал все невзгоды прошедших годов,

На пейзаж проплывающий глядя.

Как из душной теплушки глядел в эту ширь,

В неродные, суровые дали,

Когда был раскулачен и выслан в Сибирь...

Повезло. Двух братьёв расстреляли.

Вспоминал о жене и двух сыновьях

Тех, что были всей жизни отрадой...

Старший сын по навету пропал в лагерях,

Младший без вести, под Сталинградом.

Как не раз за сынов им плевали в лицо

-Воспитали предателей, гниды,

Как жена удавилась под бани венцом

От тоски и жестокой обиды.

В разговоры пустые вступать не хотел,

Не глядел на попутчиков лица,

Почитай всю дорогу вот так и сидел

Пока поезд дошёл до столицы.

Не прельстившись зелёным такси огоньком

И спросив, как добраться попроще,

Он минуту подумал и двинул пешком

В направлении на Красную Площадь.

Поплутал он, конечно, но всё же дошёл

По бульварам, дворам и аллеям,

Вот и прибыл – сказал про себя – хорошо!

И встал в очередь, что к мавзолею.

Посмотрел на вождей тяжело из под век,

Лишь слегка усмехнувшись глазами,

И на улицу вышел другой человек,

Уж не тот, что сошёл на вокзале.

Процедил полушёпотом через губу,

Самокрутку свернув аккуратно,

-Ну, теперь я видал вас обоих в гробу!

Закурил и потопал обратно.