Эра оглупления
Тип произведения:
Авторское
Он, как Бог - Магомаев бакинский;
Ярослав Евдокимов неплох;
Явно, в пении Бог – Ободзинский;
И Евгений Мартынов, как Бог!
Ныне в Запад лицо повернули –
Наше всё порастает быльём;
И поют нам бездарности: «Люли…»,
Тут же хвастаясь нижним бельем.
Понапрасну о вкусах не спорю.
Хоть всю жизнь не прожить без утрат;
Стыдно лужи приравнивать к морю,
Заменять молоко на обрат?
Пусть наставил искусственных тынов
Для талантов "телец золотой", –
Навсегда Ободзинский, Мартынов
В моем сердце живой теплотой!
Промелькнёт оглупления эра;
Снова карлика сменит «Атлант»;
Канет в лету гнилая «фанера»;
Возвратится на сцену Талант!
26.12.2005
Ярослав Евдокимов неплох;
Явно, в пении Бог – Ободзинский;
И Евгений Мартынов, как Бог!
Ныне в Запад лицо повернули –
Наше всё порастает быльём;
И поют нам бездарности: «Люли…»,
Тут же хвастаясь нижним бельем.
Понапрасну о вкусах не спорю.
Хоть всю жизнь не прожить без утрат;
Стыдно лужи приравнивать к морю,
Заменять молоко на обрат?
Пусть наставил искусственных тынов
Для талантов "телец золотой", –
Навсегда Ободзинский, Мартынов
В моем сердце живой теплотой!
Промелькнёт оглупления эра;
Снова карлика сменит «Атлант»;
Канет в лету гнилая «фанера»;
Возвратится на сцену Талант!
26.12.2005
Задрав повыше подолы.
На рубль мешок, и те на сдачу.
Без голоса, зато голы.
Скорбят Шульженко, Магомаев.
В слезах с небес глядит Кобзон.
Здесь ниже пояса внимают.
Но главное, что в унисон.