Как я провёл детство (сборник)

Ради интереса нашёл первое из приведённых здесь стихотворений.

Дорога в детство

«В детство бы дорогу мне вернуть,
Где любовь казалась вечной сказкой.
Где не знал я, что такое грусть,
Где дышал я нежностью и лаской.

Помню, как смотрел в твои глаза,
Веря, что нет счастья в мире краше.
Как держал твою ладонь в руках,
Как мечтал о будущем о нашем.

Первый поцелуй под шёпот звёзд,
Робкие признания при встрече.
Всё казалось искренним до слёз,
Всё казалось будет длиться вечно.

В детство бы дорогу мне найти,
Где любовь не знала слова „больно“.
Где мы были вместе на пути,
И дышали счастьем мы невольно.

Я дарил тебе букеты грёз,
Ты мне улыбалась так открыто.
Не боялись мы ни бурь, ни гроз,
Всё, что было больно — позабыто.

Первая любовь — как чистый свет,
Озаряет сердце до сих пор.
Пусть прошло немало долгих лет,
Но живёт в душе тот разговор.

В детство невозможно нам шагнуть,
Но в мечтах я вновь с тобою рядом.
В памяти хранил я этот день
Навсегда простившись с этим взглядом».

автор: Владимир Панчоха

Я не собираюсь утверждать, что это шедевр любовной лирики. Нежное воспоминание о первой любви, написано без каких-либо стилистических и грамматических ляпов. Наверняка нашлось немало читателей, которых оно тронуло… Но его, как на грех, заметил Топорков и начал топором обтёсывать изящную статуэтку. Он, как Ржевский из анекдота — пришёл и всё опошлил. Причём, качество топорковской пародии в подмётки не годится качеству оригинала. И ладно бы написал смешно, нет он написал просто пошло.
Вершиной юмора в этой пародии, наверное, является строка: «Девчонкам не даёт ваш сын покакать». Вам смешно? Мне как-то не очень.

Тут я полностью согласен с Бубновым.-
Вырвет Топорков какое-нибудь слово,
И приплетёт вздор свой…

А вы 426 файлов наваля… пардон, наваяли специально, чтобы никто не читал?
С Владимиром Панчохой я не знаком, ни разу не пересекались. Но, судя по этому стихотворению, он пишет лучше чем вы.

А мне смешно. (Просто я весёлый человек). Вообще, на поэтическом сайте надобно оцениваить именно творческие способности автора; способ подачи материала, организации текста, умение «жонглировать» словами, а не саму тему, сподвигшую автора на сочинительство, и уж тем более не его взгляды, воззрения, убеждения (даже если они разнятся с моралью, этикой, нормами поведения, и т.д.) Говно, жопа, сортир… Пошло? Ну… пожалуй. Но ведь весело!!! «Вырвет какое-нибудь слово, и приплетёт свой вздор...»—пишет г-н Шарычев. Так ведь пародия и строится на одном нелопом словечке, фразочке, строчке,—вспомните пародии Александра Иванова (я читал его толстенный сборник)— все пародии высосаны из одной строки,—исходники представлены в виде отдельных четверостиший, минуя оригинал в полном объёме. Одно неосторожное словцо, корявая фраза, и —оп!—готова пародия. (Берегитесь, авторы!)
А как Вам вот это? (Тоже пошло?):
Слава Топоркову-джану,
Топоридзе-Топоряну!
Аллилуйя, Топоревич,
«наше-всё-стихотворевич»!
Аллилуйя, Топорищев,
«наше-всё-стихотворищев»!
На него молиться нужно,—
не Топор, а пила «Дружба»!

Говно, жопа и сортир — что может быть веселее?
Чувство юмора, конечно, сугубо индивидуальное качество.
Самые весёлые люди, видимо, ассенизаторы и копрофилы, ибо работают и увлекаются интересным и смешным.
Это же, как с оптимистом и пессимистом: можно цветы нюхать, а можно искать пахучее, но вонючее — кто к чему стремится.

Отвечу не совсем в тему. (В конце станет понятно).
Как-то наткнулся на умное изречение: «если женское тело вызывает восхищение—это эротика; а если похоть—то порнография». Спорно. Вряд ли кто-то глазея на античную статую или полотно эпохи Ренессанса думает о «высоких идеалах» и «христианской морали». А вот как трактует «порнографию» российское законодательство: порнография—«изображение половых органов» (что каксается фото) и «демонстрация полового акта» (что касаемо кино и видео). Заметьте, на экране, наши «блюстители морали» как и в советское время, так и ныне продолжают замазывать женские груди. Видимо, молочные железы тоже относятся к ПОЛОВЫМ ОРГАНАМ. Что это, если не пошлость? Думаю, пошлость это когда кучка идиотов разных министерств и ведомств пихают постулаты своего идиотизма миллионам людей огромного государства, тщась «воспитать» и «выростить» настоящего человека (хотя «Моральный кодекс строителя коммунизма» не вспоминают уже лет 40; но сиськи продолжают замазывать). Вот где пошлость.
А стишки про жопу и говно (да и вообще, низовая поэзия)—это нормально. Даже великие классики не чурались творить в этом ключе. Но… им простительно. Нам—нет. (Видимо так?)

Странно, здесь был мой комментарий и даже с картинкой…
Наверное, кто-то слямзил.

Да-да, коммент прилетел мне на эл. почту (Типа, дураку достаточно показать палец, и ему уже смешно… Намёк понял. По-своему. Нет-нет; знаю—Вы человек культурный, потому и пишу—интерпретировал «по-своему».), а вот картинка не прилетела.
О «топорифмах» Топоркова. Заметьте, лайков всего два, но просмотров за сутки уже 270; и комментов аж зз! Конечно, пародии— тема богатая для обсуждения—поле непаханное, целина! И дело это опасное; творческие натуры как правило ранимы, обидчивы и злопамятны.
Ограничусь цитатой Вальтера: «Нет плохих жанров, кроме скучного». А фекально-генитальный юмор, хоть и пошл, но уж точно не скучен.
Слава, слава джану-Топоркову!
Пусть он пишет про говно и жопу.
Про сортир, клозет, мочу и кал…
(Помните, что сэр Вальтер сказал).

Да, да, Го де Мин, я помню нашу дискуссию про отсутствие туалетной бумаги, советские газеты и патриотическое воспитание.

Во-во, господин Бубнов; 70 лет великий советский народ—строитель коммунизма, подтирал очко советскими газетами. Теперь вот пожинаем плоды такого «патриотического» воспитания в духе марксизма-ленинизма… Всё ништяк!

Насчет того, что первая любовь не может быть в детстве – вопрос весьма спорный.
Есть стихотворение Константина Сергеевича Аксакова «Первая любовь». В произведении автор пишет: «Я счастлив был мечтой своей прекрасной, хранил её от первых детских лет».
Автобиографические заметки Михаила Лермонтова. В одной из заметок поэт пишет: «Кто мне поверит, что я знал уже любовь, имея 10 лет отроду?».

По такой логике тем, кто оставил след в истории можно – всё! А сетевой неизвестный автор должен почему-то блюсти денно и нощно каноны поэзии. А не то — некий пародист напишет шаржик ради смеха. И будут все смеяться. Но надо понимать, что интернетный пародист — это необязательно профи критик и великий знаток поэзии, это такой же прежде всего любитель-писатель, на равных правах с остальными, с присущими человеческими недостатками, который просто высмеивает кого пожелает, и за счёт других приподнимает заодно свою самооценку.
А насчет следа в истории логика работает, увы, в обратном направлении: если Аксакову и Лермонтову можно, тогда сетевому автору и подавно.

Так и Вам никто ничего не запрещает. Вам намекают, что те ляпы, за которые Вы цепляетесь, по сути ляпами не являются. Значит, у Вас какие то другие мотивы.
Высмеивание других — это скрытое желание превосходства и доминирования. Но Вам просто намекают, что по сути никакого Вашего превосходительства здесь нет. Просто это какие то Ваши личные реакции.

Насчет юмора, уровень – торта, запущенного клоуном в морду лица, на мой взгляд. Кто-то будет два часа валяться паццталом от такого. А кто-то сочтет такое озорство не особо остороумным. Вот и всё.

Джони, обязательно передайте Константину Сергеевичу и Михаилу Юрьевичу, что САМ Топорков-Джан разрешил им детскую любовь. Слава тебе Господи! А то я за них так переживаю.

Я!? Ненавижу Джони?
Откуда такое умозаключение?

Лермонтов и Аксаков умерли?!
Да вы что!
Они бессмертны!

«Они бессмертны, а Джони нет»

Как знать, как знать…

Это был сарказм скорее в Вашу сторону.
Вы как то начинаете с темы все время съезжать… Вам говорят, что ляпов нет, что критика Ваша по сути некомпетентна, и в этом уже убеждаются. Поскольку Вы приводите неоправданные критические аргументы.

По сути, занимаетесь вырыванием фразы из контекста. Много ли для этого требуется познаний, не могу сказать. Но чувство такое, что кроме желание высмеять и как-то осквернить чужое стихотворчество, других мотивов просто нет. А все эти «ляпы» просто уже давно высасываются из пальца.

Перевоспитовать взрослого человека — мартышкин труд. Запретить или даже ограничить ваш графоманский зуд тоже никто не может. Нет таких статей ни в уголовном, ни в гражданском кодексе. Так что творите и вытворяйте на здоровье.
Но и мне, графоману со стажем, никто не может запретить высказывать своё мнение о пародиях и беспародиях. Пародия — это литературный жанр, поэтому пародисту, кроме отличного чувства юмора нужно иметь хотя бы маломальские литературные способности. А если ты совсем не разбираешься в предмете, о котором пишешь, то, уж не обессудь, получишь то, что получил.
Поучительный стишок от нашего великого А. С. Пушкина:

Картину раз высматривал сапожник
И в обуви ошибку указал;
Взяв тотчас кисть, исправился художник.
Вот, подбочась, сапожник продолжал:
«Мне кажется, лицо немного криво…
А эта грудь не слишком ли нага?»…
Тут Апеллес прервал нетерпеливо:
«Суди, дружок, не свыше сапога!»

А мне нравится творчество Топоркова

«А мне нравится творчество Топоркова»

Топорков в таких случаях говорит:
— Я вам сочувствую.

Можно было бы оценивать исключительно только творчество автора, вот сочинил что-то автор от себя — любую чушь на любую тему и слава Будде! Кому понравилось, лайкнул, кому нет — проехали! Но…
Когда идут привязки к чужим творениям, с указанием конкретных имен и фамилий! Причем авторы даже ни слухом ни духом, что кто-то откровенно глумится над их творениями или даже над самими авторами… Это все равно что рисовать страшные рожи, подрисовывать усы и гениталии рандомно взятым фото людей из интернета. Как то уже не смешно, а странно, по-моему, так то, если задуматься…

Да не в письменном разрешении дело. А в том, что Вы косвенно взяли на себя роль третейского судьи и шута в одном лице и пытаетесь опосредованно учить сами других, как им писать, а как нет.
Понятно ежу, что это такая форма протеста против творческого «несовершества», но Вы, оказывается, сами субьективно не вдупляете, где явный ляп, а где его нету. Где нормальный автор, покруче Вас в стихосложении, а где не особо одаренный. Вам наплевать. Вам про это говорят.

Процесс принятия позиции об отношении к жанру пародии и его представителю Топоркову вызвал у меня определенные затруднения мыследеятельности и я попробовал немного порассуждать о вышеозначенном.
В жанре пародии, если я правильно понимаю, часто используется прием чрезмерного преувеличения вплоть до немыслимого абсурда. Используя этот приём, я представил, что воображаемый поэтический («паэтический», графоманский и кому как нравится) мир разделен на две отдельные части:
Первая — это мир первоисточников. Часто наивных, порой не совсем грамотных и даже, может быть, иногда откровенно глупых. Но написанных всё-таки чаще от души, под влиянием эмоций, настроения, причудливой игры фантазии или утомительной работы разума. А иногда и в погоне за славой мирской.
И второй мир. Мир пародии и критики. Мир вторичный, несколько спекулятивный, насмешливый, нагловатый и т.д.
Нужно выбрать, так как может существовать только один из этих миров, окончательно и безвозвратно принеся в жертву другой. Какой выберу я? Однозначно, первый. Почему? В их кратком и неточном описании, мне кажется, все сказано.
Кроме того и, может быть, главное.
Мир пародии зависим и не может существовать без источника своего вдохновения. Можно сказать, что он паразитирует. Ну, это просто мой личный выбор метафор и сравнений.
Обращаясь к «топорковщине», как отдельному направлению в пародийном жанре позволю себе перефразировать всем известное выражение так: сколько ни говори «сиська» (писька, какать и т.д. и т.п.) — в голове смешнее не станет.
Как можно назвать того, кто исправно бичует ахинею в «стешках» «паэтов».
Мой вариант по аналогии — породист-охинеист.
Если считать «топорковщину» необходимым и вынужденным злом, то я мог бы сравнить это явление с солью и волком.
С солью, которая сама по себе является, как всем известно, белым (всё-таки рифмованным) ядом, отравляющим невинную душу наивного рифмача, но в то же время приправой, позволяющей разнообразить и придать вкус иногда пресной и однообразной поэтической («паэтический», графоманской и т.д.) кухне.
И волком, надзирающим и прорежающим поэтическое («паэтическое», графоманское и т.д.) стадо, и выискивающим больных и ослабленных животных (да простят мне поэтические круги эти нелепые сравнения!).
Продолжая эту глупую цепь сравнений, можно заметить, что от соли можно отказаться в некоторый ущерб вкусу, но не питательной ценности рациона.
А волков иногда ограничивают флажками и даже немного регулируют их деятельность посредством энергичных мер реагирования.
И последнее, что я не могу не сказать из-за предрасположенности к праздной философии.
К счастью, окружающий мир еще достаточно разнообразен, чтобы предложить любому свободный выбор собственных предпочтений в соответствии с личными вкусами.
А доказывать правильность личного выбора придется прежде всего себе, а не другим.

Друзья, заметил я такую тенденцию: хвалебных комментов (на любые стихи любых авторов) как правило немного, раз-два и обчёлся; пара-тройка «мордочек» типа и всё—проехали, забыли. А вот моббинг автора, хула его произведений (а зачастую и его самого́) выливается в длинющую в несколько метров ленту комментариев. Почему так происходит, братцы? Почему мы такие злые, а?
Ода Топоркову:
Сочинитель Топорков—
Айболит чужих стихов,
наш литературный врач,
доктор, лекарь и палач,
санитар и медсестра.
Слава Топору! Ура!
Воспоём ему хвалу—
Аллилуйя Топору!
Нам без Топора нельзя;
он как Пушкин—«наша вся»!

Внатуре! Все мы тут далеко не Пушкины; доморощенно-самопальные писуны-графоманы. Я считаю так: если Государство платит художнику (творцу вообще)—как было в СССР, или царской России, то оно имеет право и требовать от оного соблюдения тех или иных норм, канонов, правил, рамок и т.д. а также предъявлять требования к количеству и качеству произведений. В то же время, для профессионалов, творчество—это их заработок, их профессия,—и свою работу они обязаны выполнять хорошо. За то и получают звания, премии, тиражи и дачи в Переделкино. Мы же здесь трудимся за мэсэджи типа а потому можем себе позволить нести любую чушь, не заботясь о качестве материала; и совсем не к месту охаивать автора за те или иные огрехи в творчестве, «неумение писать», «отсутствие мастерства» и прочее. «Хорошо» пишут пусть члены СП, лауреаты-орденоносцы и заслуженно-народные засранцы. А мы уж, как умеем. Бесплатно.
Ну и по законам жанра—пивное приветствие:

Ну и правильно! А дюже обидчивые пусть «красные минуса» лепят.