Остается немного до "двадцать шестого".
Тип произведения:
Юмор
Остается немного до "двадцать шестого".
Но сперва отмечаем Рождество Христово.
Ставим елку и к ней зажигаем гирлянду.
Торчим от спиртного. Без вариантов.
Я зашел в магазин за приличным романом
Впрочем полки забиты одним "Кораном".
Стопки "муз" отдыхают под кассой в центре.
Строят глазки как кокки в "чашке петри"
Царь суров, Маркс умен, свет страницы застил.
Выбрал старый Талмуд" и к нему "Блокбастер"
В новогоднюю ночь пусть он мне приснится,
Сара, старый Аврам, и Ван Дам с коромыслом.
Брюки ластятся к юбкам, но девицы в брюках.
Все кокетки в джинсе от толковых до глупых.
Обтянулись ремнем в этом кайф и удобство.
Лишь торчат телефоны от Стива Джобса.
Я сижу на лавке, асфальт в морщину.
Подошел бывший зек дерьмо-мужчина.
Пышет скотством, накнокал старой бляхой.
А я говорю ему: Иди ты на х-й.
Вряд ли вечер осенний теперь испорчен.
Был в неволе, а в прочем он "мистер кочет"
Время лечит да память как чуждый ветер,
падаешь наземь всему Бог свидетель.
Я научился ходить в туфлях по водам.
Вопреки Персефоне не ищу я брода.
Шагаю по лужам с Христом распятым.
А сзади кричат: Сережа ку да ты?
Но сперва отмечаем Рождество Христово.
Ставим елку и к ней зажигаем гирлянду.
Торчим от спиртного. Без вариантов.
Я зашел в магазин за приличным романом
Впрочем полки забиты одним "Кораном".
Стопки "муз" отдыхают под кассой в центре.
Строят глазки как кокки в "чашке петри"
Царь суров, Маркс умен, свет страницы застил.
Выбрал старый Талмуд" и к нему "Блокбастер"
В новогоднюю ночь пусть он мне приснится,
Сара, старый Аврам, и Ван Дам с коромыслом.
Брюки ластятся к юбкам, но девицы в брюках.
Все кокетки в джинсе от толковых до глупых.
Обтянулись ремнем в этом кайф и удобство.
Лишь торчат телефоны от Стива Джобса.
Я сижу на лавке, асфальт в морщину.
Подошел бывший зек дерьмо-мужчина.
Пышет скотством, накнокал старой бляхой.
А я говорю ему: Иди ты на х-й.
Вряд ли вечер осенний теперь испорчен.
Был в неволе, а в прочем он "мистер кочет"
Время лечит да память как чуждый ветер,
падаешь наземь всему Бог свидетель.
Я научился ходить в туфлях по водам.
Вопреки Персефоне не ищу я брода.
Шагаю по лужам с Христом распятым.
А сзади кричат: Сережа ку да ты?
