МИЯ. Глава 16
На корявой колеснице, с верой в счастье, к бою в раж,
По дороге, закипая наш помчался экипаж.
Лес, Ялмез, пегас и ящер, за победой с саранчой,
Чтобы цвёл их мир прекрасный, чтоб земля была живой.
Вот предстали перед ними золочёные врата,
В миг растаяла возница и исчезла в никуда.
На резьбе железной ставень обрисован вражий герб,
А на нем Ачнарас первый в окружении из жертв.
Но врата те не простые, с заговором под замком,
Тут мозги нужны лихие, не пройдет обычный взлом.
Дверцы тяжко заскрипели, ожил герб и молвил он:
- с чем пришел ты чужестранец, окажи ка мне поклон.
Не привыкли наши парни спины гнуть, но хода нет,
Им зайти во чтоб не стало, саранча, чтоб дал ответ.
Под замком не много прока, за порогом воевать,
Так им Мии не увидеть, что-ж, придется уступать.
И склонился Асел первым, пшикнул всем: - а ну давай. –
Все послушно промолчали, на колено конь припал.
Им в ответ раздался гогот и замки всё там висят:
- че приперлись дуралеи, брысь обратно все назад.
Конь рванул тогда с разбегу и расшибся о пруты –
Стек пегас по ним рекою, не наладил он мосты.
За решетки стали дергать, их шатать друзья гурьбой
Не подвластны им засовы, будто вкован в них покой.
Ящер скачет тут же рядом, причитает, как же так?
Асел лишь стоит печальный, как нам быть, мне нужен знак.
Стал по кругу хороводить и решения искать,
Вдруг он подал перст команде, с приглашеньем пошептать.
Позже он промолвил громко: - мы к царю, везем дары,
Горы жемчуга алмазы и чудесные ковры.
Щёлк замок и дверь открылась, со словами: - покажи,
Я хочу твои подарки или это муляжи?
И как дальше? Очень скоро обнаружит царь обман,
Надо что-то предпринять им и состряпать дерзкий план.
Асел смотрит на компашку, а в глазах немой вопрос,
Что теперь мы будем делать, чёрт бы их куда унес.
- ну открыли мы засовы, к нам сейчас уже спешат,
Дальше драться будем парни или бегством завершать?
Ящер прыгнул на пегаса в гриве моську схоронил
И ищи его такого, он и вовсе тут не был.
- вот дурак я бестолковый - закричал лихой Ялмез,
Вновь сплясал победный танец и к себе в карман полез.
- Дайте мне мешки скорее, как я сразу не просёк -
И под ноги изумрудный из камней пошел поток.
- У меня камней, что хочешь: и алмаз есть, и гранит,
Вот рубин вам - кровь слезою, вулканический перлит.
И таких даров в карманах вам во век не сосчитать,
Мой удел, моё призванье - этим всем и управлять.
Из пород ручей всё льётся, вот гора уже камней,
Хоть сажай младое древо и златым песком полей.
И не вскрыт обман лукавый, лишь в обход дорога в ложь,
Все сплелось уж вперемешку, ничего не разберешь.
Под врата снесли подарки, получить, чтоб им проход,
Вдруг глядят, Ачнарас первый к ним бежит, считать доход.
- ну-ка парни - молвит Асел, - вот и бой не за горой;
Коли я не сдюжу схватку, то помру я, как герой.
- Где нашли такие камни? Всё моё, хочу ещё! –
И визжит, зеленый злыдень, расступились - все ворьё! -
Царь дрожит, на горке скачет, изучил на вес алмаз,
Для себя совсем нежданно получил он в правый глаз.
Асел уж готовый к схватке, драться вызвался вперед,
От букашки он на сажень, бить в ответ того черед.
Но пошло всё не по плану, Ачнарас не видит их,
Он купается в брильянтах, причитает будто псих.
Что за странное явленье? Враг повержен на корню,
Царь прилип к дарам богатым, заворожен, как огню.
Он хохочет веселиться, кувыркается, как зверь
И ему всё безразлично - в царство тьмы открыта дверь.
В ступор впали тут вояки, Асел дал царю щелбан,
Тот и ухом не повел ведь, зачарован, как болван.
"как же некоторым гадам, отключает данью ум,
Жук кружится, начал плакать, поглощён в богатство дум".
Вдруг он голосом змеиным зашипел и говорит:
- чтоб ни звука я не слышал, стая братьев налетит.
Асел молвил: - О, очнулся, друг подкинь еще камней,
Чтоб лукавый отключился, вновь запел нам соловей.
Но не тут то было скрыться, стайка новая летит
И корявыми клешнями вглубь богатства норовит,
И стрекочет, как кузнечик, тонким голосом пищит,
За наживой изумрудной, без сомнения спешит.
Вслед за ней, еще собратья, снова гадов целый рой,
Не на шутку разыгрался между братьев страшный вой.
Лезут друг на друга рьяно и кусают, и снуют,
Не стесняясь, стервенело режут головы и жрут.
И даров уже не видно, все засыпал трупный тлен,
Лапки, головы и сабли, превратились с скорбный плен.
В схватке раж, он всё сильнее и ведётся смертный бой,
Только слышно из-под кучи: - этот камень точно мой!
Асел диву им даётся, ящер носится вокруг,
Как легко прошла осада, с ветром жадности недуг.
И Ялмез танцует рядом, сыплет в кучу вновь камней,
Тут бы в пору им в награду и отвесить всем лещей.
А гора все выше, выше, слепит золотом глаза,
Здесь червонные оттенки и блистает бирюза,
И зеленые бериллы, и алмазы всех мастей –
Губят слабый дух сознанья, разжигают грех страстей.
Асел молвил: - пусть дерутся, путь свободен, нам пора,
В этом жутком подземелье Мия мается одна.
Пики крыш на заднем фоне, виден замок саранчи:
- Здесь духовные калеки для себя же палачи.
По дороге, закипая наш помчался экипаж.
Лес, Ялмез, пегас и ящер, за победой с саранчой,
Чтобы цвёл их мир прекрасный, чтоб земля была живой.
В миг растаяла возница и исчезла в никуда.
На резьбе железной ставень обрисован вражий герб,
А на нем Ачнарас первый в окружении из жертв.
Тут мозги нужны лихие, не пройдет обычный взлом.
Дверцы тяжко заскрипели, ожил герб и молвил он:
- с чем пришел ты чужестранец, окажи ка мне поклон.
Им зайти во чтоб не стало, саранча, чтоб дал ответ.
Под замком не много прока, за порогом воевать,
Так им Мии не увидеть, что-ж, придется уступать.
Все послушно промолчали, на колено конь припал.
Им в ответ раздался гогот и замки всё там висят:
- че приперлись дуралеи, брысь обратно все назад.
Стек пегас по ним рекою, не наладил он мосты.
За решетки стали дергать, их шатать друзья гурьбой
Не подвластны им засовы, будто вкован в них покой.
Асел лишь стоит печальный, как нам быть, мне нужен знак.
Стал по кругу хороводить и решения искать,
Вдруг он подал перст команде, с приглашеньем пошептать.
Горы жемчуга алмазы и чудесные ковры.
Щёлк замок и дверь открылась, со словами: - покажи,
Я хочу твои подарки или это муляжи?
Надо что-то предпринять им и состряпать дерзкий план.
Асел смотрит на компашку, а в глазах немой вопрос,
Что теперь мы будем делать, чёрт бы их куда унес.
Дальше драться будем парни или бегством завершать?
Ящер прыгнул на пегаса в гриве моську схоронил
И ищи его такого, он и вовсе тут не был.
Вновь сплясал победный танец и к себе в карман полез.
- Дайте мне мешки скорее, как я сразу не просёк -
И под ноги изумрудный из камней пошел поток.
Вот рубин вам - кровь слезою, вулканический перлит.
И таких даров в карманах вам во век не сосчитать,
Мой удел, моё призванье - этим всем и управлять.
Хоть сажай младое древо и златым песком полей.
И не вскрыт обман лукавый, лишь в обход дорога в ложь,
Все сплелось уж вперемешку, ничего не разберешь.
Вдруг глядят, Ачнарас первый к ним бежит, считать доход.
- ну-ка парни - молвит Асел, - вот и бой не за горой;
Коли я не сдюжу схватку, то помру я, как герой.
И визжит, зеленый злыдень, расступились - все ворьё! -
Царь дрожит, на горке скачет, изучил на вес алмаз,
Для себя совсем нежданно получил он в правый глаз.
От букашки он на сажень, бить в ответ того черед.
Но пошло всё не по плану, Ачнарас не видит их,
Он купается в брильянтах, причитает будто псих.
Царь прилип к дарам богатым, заворожен, как огню.
Он хохочет веселиться, кувыркается, как зверь
И ему всё безразлично - в царство тьмы открыта дверь.
Тот и ухом не повел ведь, зачарован, как болван.
"как же некоторым гадам, отключает данью ум,
Жук кружится, начал плакать, поглощён в богатство дум".
- чтоб ни звука я не слышал, стая братьев налетит.
Асел молвил: - О, очнулся, друг подкинь еще камней,
Чтоб лукавый отключился, вновь запел нам соловей.
И корявыми клешнями вглубь богатства норовит,
И стрекочет, как кузнечик, тонким голосом пищит,
За наживой изумрудной, без сомнения спешит.
Не на шутку разыгрался между братьев страшный вой.
Лезут друг на друга рьяно и кусают, и снуют,
Не стесняясь, стервенело режут головы и жрут.
Лапки, головы и сабли, превратились с скорбный плен.
В схватке раж, он всё сильнее и ведётся смертный бой,
Только слышно из-под кучи: - этот камень точно мой!
Как легко прошла осада, с ветром жадности недуг.
И Ялмез танцует рядом, сыплет в кучу вновь камней,
Тут бы в пору им в награду и отвесить всем лещей.
Здесь червонные оттенки и блистает бирюза,
И зеленые бериллы, и алмазы всех мастей –
Губят слабый дух сознанья, разжигают грех страстей.
В этом жутком подземелье Мия мается одна.
Пики крыш на заднем фоне, виден замок саранчи:
- Здесь духовные калеки для себя же палачи.
