Глава 7 Лепесток заката
Тип произведения:
Авторское
Однажды Рия, в ночь, глубокий час,
Назначила свидание в лесу,
Укрыв его от сотен чуждых глаз,
Средь старых ив, что гнули ветвь во тьму,
Где речка тихо шепчет берегам,
Под звёздным небом, будто по листу,
Пришла, доволен тем шагам.
И лишь глаза блеснули вдруг тоской,
Приняв решение, словно по векам
Текущим, что нависли над душой.
Ведь ждал её, весь трепетно дрожа,
Готов уйти за ней в огонь любой.
И вот стоит, таинственно свежа,
Пришла к нему, как лунная струна,
Вся в сумраке осеннего дождя.
Поверила, что все остатки сна
Забытая, что звала далеко,
Где счастья нить особенно тонка.
Обнял так нежно, трепетно, легко,
Вбирая запах локонов с лихвой,
И чувствовал, как бьётся горячо
Душа, но было раненое всё,
Что в там томилось, стало вдруг дышать,
Забыв про злое, чуждое своё.
И поцелуй, что не посмел мешать,
Сорвался с губ, горчащий, словно боль,
И сладкий, как запретная печать.
И вновь слились, теряя всяку роль,
Две тени в ночь, два пламени в одном,
И растворились в трепете далой.
Весь мир забыт, остался лишь их дом –
Вся страсть, и нежность, призрачная нить,
Что вилась над проклятым тем огнём.
Лишь верил – что сумеет исцелить
Её печаль, любовь тоску и страх,
Ведь был готов к свободе приводить.
И лишь в объятьях так парил в мечтах,
Что лишь любовь сильнее всех оков,
Что есть спасение в тех руках.
И лишь душа была полна стихов
Невысказанных, преданных лишь ей,
Разрушив все границы и покров.
И этот миг, что был всего родней,
Казался вечным, сказкой наяву,
Избавив от грядущих злых теней.
Лишь клялся снова, в вечность поведу
Твою любовь, что счастье не уйдёт,
И в нём не отыскать всю пустоту.
Ведь то дыханье – сладкий тонкий лёд,
Что таял там, сгорая до конца,
И возрождал стремительный полёт.
В зрачках, глазах, безмерных, как сердца
Две чаши, в них увидел нечто то,
Что было скрыто счастье с их лица.
Там промелькнуло тайное звено,
Решение, что звало на путь,
Что было сложно ясно и дано.
Как будто Рия собралась шагнуть
В неведомое, в новый, чистый день,
И прежний мир навеки завернуть.
Где лишь свобода бросила всю тень
На их союз, на трепетный порыв,
И словно предвещала: "Ждать ли день?"
И видел счастья, только свой порыв,
Но и веднелось – утро вдалеке,
И путь иной, будто личный мотив.
В ту ночь решалось, что нести в руке –
Полон покой, иль собственный рассвет,
Что ждал так долго в западном песке.
Молчала, не давая мне ответ,
Лишь обнимала, крепче, чем могла,
И лишь решенье – тайный был обет.
И эта ночь, что так легко текла,
Была прорывом в бездну или свет,
Для каждого дорога там лична.
И чудился не новый силуэт
Родной любви и собственный полёт,
Навеки разорвавшей боль и след.
Лишь верил в счастье, что потом найдёт
С ним рядом и укрывшись от невзгод,
Но нет, был нужен собственный исход.
И этот выбор, что несла вперёд,
Был сложен, горек, и нести его
Придётся ей, хоть сердце болью жжёт.
Весь растворился в тишь, а там, в её
Душе, зрела иная тишина,
Предвестье скорой доли и житья.
И лишь рвалась на зло, и вновь видна
Была решимость, твердь, а не мечта,
Что только ей одной была дана.
