Птица

В небе бархатном, южном, лазурном, бескрайнем, пустынном,

Где оранжевым, снявшим с себя кожуру апельсином,

Солнце послеполуденное плавит дальние горы,

И те словно плывут облакам вслед, абстрактным узором,

Птица белая, лишь иллюзорная светлая точка,

Волей рока парила, мятежной души оболочка,

Над полями лаванды безумно-лилового цвета.

Мне казалось, что движутся горы, гонимые ветром.

Мне казалось, что тени причудливые кипарисов,

В горизонт голубой упираются зубчатым мысом.

А на вдаль убегающих ровных иссушенных грядках,

Ряд арбузов, томясь солнцем, пухнет в боках соком сладким.

Мне казалось, что мир – безмятежная вечная тайна,

Разгадать ее можно, но трудно необычайно.

И легко вместе с тем, знает птица, определенно,

Правит миром любовь, ей подвластны любые законы.