Александр Посохов "Басни на посошок"
Александр Посохов
Басни на посошок
Москва
2026
Басни в этой книге подобраны в расчёте на
внимание детей подросткового возраста. Посошок – это уменьшительная форма слова «посох», означающего трость или палку,
с которой раньше ходили путники. Вот и представь
себе, юный читатель, что ты собираешься в
дорогу и тебе нужно взять с собой самое важное. Басни в этой книге – и есть
твои дорожные спутники: они дадут мудрый совет, помогут не сбиться с пути,
развлекут и сделают дорогу интереснее. А
в качестве пролога автор использовал своё стихотворение «Лирика баснописца».
Лирика баснописца
Ну, вот не лирик я,
поймите,
По сотворению стихов.
Достал вас баснями,
уймите,
Уняться сам я не
готов.
Гляжу на звёздные
поляны,
На золотые миражи,
А в голове всё
обезьяны,
Коровы, змеи и ежи.
Медведи, лошади,
лягушки,
Лисицы, зайцы,
барсуки,
Собаки, волки, овцы,
хрюшки,
Павлины, гуси, индюки.
Вороны, дятлы,
попугаи,
Пингвины, голуби,
орлы,
И эти, чья судьба
такая –
Быть вечно глупыми –
ослы.
Слоны, так те, ломая
кроны,
В любую басню сами
прут.
За ними львы, надев
короны,
Туда же царственно
идут.
С такими верными
друзьями,
С такой компанией
зверей
Смеяться я могу годами
Над недостатками
людей.
* * *
Стрижонок
Он в гнёздышке пока сидит
И смотрит, как орёл парит
Под тучами,
Большой, зловещий и могучий.
«А я вот слабенький
И маленький,
Ни папеньку, ни маменьку
Я не люблю за это».
Прошло пол-лета.
Стрижонок вырос, оперился
И в небо взвился.
А тут орёл, как будто ждал его,
В погоню устремился.
И что? Да ничего.
Он сам чуть не разбился,
Войдя в пике.
А Стриж наш то в витке,
То в кувырке,
То в вираже по небу носится,
Что так и просится
Сказать о нём – артист.
Не то, что дельтапланерист,
Летевший мимо.
И крикнул Стриж неутомимый:
– Спасибо, папенька,
Спасибо, маменька,
За то, что я летун такой!
----------
Родителей не выбирают,
А трусы, лодыри порой
Ещё и хают.
* * *
Не тыкай
лишний раз в шпаргалку,
Включай
природную смекалку!
----------
Зря он без
взрослых в лес ходил,
Он в волчью
яму угодил.
– Ты цел?
– Ага, язык
лишь прикусил, глядите.
– И я вот
также загремел.
– Так вы меня
сейчас съедите?
– Зачем,
какой в том толк!
Я ж не
крыловский страшный волк,
И ты не
басенный ягнёнок,
А кучерявый
пацанёнок.
Вокруг и так
полно зверей.
Ты лучше
думай поскорей,
Как нам
отсюда выбираться?
А то я тут
уже простыл.
– Я не могу.
– А почему?
– А я
смартфон свой позабыл.
– И что?
– А то!
Попробуй без
него узнай,
Как надо
вылезать из волчьей ямы.
– Тогда
давай,
Я заберусь
тебе на холку,
Ты встанешь в
полный рост,
Потом я
зацеплюсь за ёлку,
А ты за
хвост…
----------
Законы бытия
упрямы:
Своим умом соображай.
* * *
Устала бабушка с внучком
Егором,
Всё пристаёт к ней, что
да как.
Пристал с вопросом тут,
чудак,
Что означает слово
хОррор?
А бабушка хитрющая была,
Пропела колыбельную и
завела
Внучонка в сонную
пещеру.
Кого ж там только не
узрел Егор:
Шипящих тварей целый
хор,
Кикимору, Бабу-Ягу,
Химеру,
Дракона, чёрта с
бородой,
Все чудища явились
чередой
Пред спящим взором.
А через год Егору в
первый класс.
Пришёл из школы он и
выдал враз:
– Теперь я знаю, что
такое хОррор!
----------
Бояться наяву важнее,
У жизни жанры
пострашнее.
* * *
Совет
бывалых, как закон:
«Медведя
бойся!»
----------
Весь день
ловил в протоке он
Лосося.
Чтоб, как
положено, успеть
К холодной
спячке растолстеть.
Потом забрёл
в дремучий ельник
И спать
улёгся возле пня,
Подмяв
случайно муравейник.
Все муравьи,
как от огня,
Бежать
пустились, что есть мочи.
А самый
храбрый вдруг упёрся:
– Да я ему
сейчас хребет перешибу!
Залез на ель
и с ели той
Пал на
медвежий позвоночник.
Медведь лишь
выпятил губу
И с
удовольствием о пень потёрся
Своей могучею
спиной.
----------
Мораль сей
басни такова,
И многие об
этом знают:
Не жди добра
от хвастовства,
Когда
победные слова
С
возможностью не совпадают.
* * *
Чудо из чудес
Чуть сэкономив на провизии,
Купили звери телевизор.
Всем миром взяли, сообща.
Пища,
Крича, визжа и споря,
Во избежание слёз моря
Поставили его на пень.
Пусть, дескать, те, кому не лень,
Из чащи кто или с опушки,
От Волка серого до Мушки,
Сидит и смотрит целый день.
А, может, даже и всю ночь.
Прочь,
Ягоды, грибы, коренья!
Прочь,
Игры, пляски, шутки, пение!
Набравшись жуткого терпения,
Все звери вдруг без исключения,
Как в Библию иль как в Коран,
Уткнулись в голубой экран.
Шёл бесконечный сериал про лес:
Про ягоды, грибы, коренья,
Про игры, пляски, шутки, пение…
----------
Ну, точно, чудо из чудес.
* * *
Приложения
– Привет! –
Сказал за мальчика Сеню
Его смартфон.
– Привет! –
Ответил за девочку Женю
Её смартфон.
– Ну, как живёшь?
– Всё, как в кино.
– Гулять пойдёшь?
– Нет, дел полно.
– Тогда, пока!
– Пока!
И расстались они,
Сеня и Женя,
Живые к смартфонам давно
Приложения.
----------
Таковы наши дни.
* * *
Один Енот,
как вор
Или бандит,
Через крапиву
и татарник,
Залез без
спроса в чей-то двор.
А там
свинарник,
И жирная
Свинья в грязи лежит,
Похрюкивает и
елозит.
– Ну, вот! –
Вскричал
Енот. – Какой позор!
Морковка,
репа, яблоки в навозе.
Давай я их к
оврагу оттащу,
Прополощу,
Вернусь и всё
сложу в корыто.
– Заранее
благодарю! –
Ответила
Свинья. – Хрю-хрю!
Куда потом
исчез Енот,
То
шито-крыто.
И был ли в
том овраге ручеёк?
----------
Кому тут
что-то невдомёк,
Тому
моральная пилюля:
Не верьте
никаким чистюлям.
* * *
– Нет, нам с
тобой не по пути, –
Сказал Петух
Лисе-пройдохе. –
Не стану я
мешок нести.
Та ж снова
принялась за вздохи:
– Да я живу-то шаг всего,
За тем вон
крайним поворотом.
А, если ты
подумал что-то,
Так я совсем
не та давно
И ем теперь
одно пшено.
Его полно в
мешке и этом.
Кому не надо
бы, но мне-то
Ты можешь,
Петенька, помочь.
За то позволю
на всю ночь
Зайти ко мне
и подкормиться.
«Неужто
впрямь Лиса постится?» –
Засомневался
Петушок.
И, чтобы
лично убедиться,
Полез в
расставленный мешок.
----------
А дальше было
то, дружок,
Что всюду и
всегда бывает,
Когда вдруг
кто-то забывает
Про чьё-то
рыльце и пушок.
* * *
Случилось – надо дровосеку,
Имею я в виду Жука,
Вдруг перебраться через реку.
Подумал он: «Ох, широка».
И уж хотел взлететь, как мушка.
Но тут заквакала Лягушка:
– Давай, дружище, помогу.
На том мы будем берегу
С тобою быстро и надёжно.
– А ты под воду не уйдёшь?
– Ну ты, усатенький, даёшь!
Да разве ж так с друзьями можно.
И Жук тихонько, осторожно
Вскарабкался на спину к ней.
Поплыли
(Речка – не ручей).
Когда на середине были,
Лягушка тут и говорит:
– Чего-то как спина болит, –
И сразу – шмыг под воду.
Жуку, бедняге, дальше ходу,
Конечно, нет – закончен путь,
Осталось только лишь тонуть.
Хотя немного, как-нибудь
Пытался он ещё грести.
– Прости, усатенький, прости, –
Услышал он издалека. –
Плохая я тебе подружка,
Изменница и врушка…
----------
Наверное,
Лягушка может быть царевной.
Но в сказке и для дурака.
* * *
Мартышкам где-то бог послал смартфоны.
Но обезьяны не вороны
И не ведутся на пустую лесть.
Повыше, главное, залезть
И можно на экран весь день глаза таращить:
Бунгало, море, яхты, пиво, друг
С бананом.
Удав же то одну не видящую ничего вокруг
С высокой ветки стащит,
То другую…
----------
Я вот о чём в сей басенке толкую
С учётом всех земных наук:
Хоть сколько ты сиди перед экраном,
От этого не станет жизнь твоя
Прекрасней.
Скорее может стать опасней,
Удав – огромная змея.
* * *
Шахматист
Такой вот
«грех» у Мишки был –
Он сильно
шахматы любил.
Но, как
найдёт кого в партнёры,
Так ждут в
лесу великой ссоры.
И никакие
уговоры,
Ни чай с
малиною, ни мёд
Не помогают –
всё ревёт.
А то ещё и
лапой бьёт,
Намедни было
как-то вот.
Проходит мимо
Лось сохатый.
– Привет!
– Привет!
– В три хода
мат ты
Не хочешь
разве получить?
Лось игроком
был тоже страстным.
– В три хода
мат? Ну что ж, прекрасно!
Чтоб так
кого-то победить,
Нужно великое
умение.
И менее,
Чем за четыре
хода,
В присутствии
всего народа
Хозяин леса
проиграл.
Король его с
позором пал.
За ним и пал
бы Лось сохатый,
Да ладно,
вовремя удрал.
----------
Мораль проста
тут до предела:
Игрою более
умелой
Посмеешь
Мишку обижать,
Не будешь
знать, куда бежать.
* * *
В назначенный природой срок
Упало с ветки яблоко созревшее.
Сказала Яблоня: «Успешная
Должна быть жизнь твоя, сынок.
Катись вперёд, к свободе, к свету,
Вблизи меня простора нету.
А там ты точно прорастёшь
И буйным цветом зацветёшь».
Но никуда сын не хотел катиться –
Сильнее жизни оказалась лень.
Так вот и сгнил он, бесполезный,
Под кроной матери любезной.
----------
Вредна родительская сень
Для взрослых чад, как говорится.
* * *
Мартышка, та
ещё воришка,
Стащила у
людей
Бочонок с
крышкой.
А что с ним
делать, не поймёт.
Подходит к
пальме Бегемот.
И спрашивает
у него Мартышка:
– Скажи,
братишка,
Что это вот,
похожее на пень?
– Да это же
кубышка.
Бананы
сберегают в ней
На чёрный
день.
– Какая чушь!
–
Воскликнула
Мартышка.
Но три банана
сунула в кубышку.
Полгода
пролетело уж.
Жару сменил
сезон дождей,
Похолодало,
Бананов стало
мало.
Открыла
обезьяна крышку
И чуть не
задохнулась враз.
----------
Мораль звучит
тут, как приказ:
Что не
сберечь, то ешь сейчас.
* * *
Где трудиться
не хотят
И не знают
толк в работе,
Там Лопата не
в почёте,
А Язык почти
что свят.
----------
В одном
заштатном городишке
Почти
разрушились домишки,
А грязь
такая, что лишь вброд
По улицам
ходил народ.
И вот
Собрался,
наконец, всеобщий сход
По поводу
того, что делать надо.
– Давайте же
засучим рукава,
Я поработать
буду только рада, –
Произнесла
совковая Лопата.
Но
развязавшийся Язык
Враз перебил
её и в крик:
– Послушайте
меня, друзья!
Необходимо!..
Следует!.. Вперёд!..
Свобода!..
Рынок!.. Инвестиции!..
Недавно
побывал там я,
В провинции:
Лопату не
видать, Язык орёт.
А что народ?
Всё слушает
его который год.
И всё –
слова, слова, слова…
* * *
Ветеринар
К ветеринару,
На пару
С козочкой своей,
Пришла старушка вековая.
И говорит: «Какая,
Скажи, беда случилась с ней?
Всю жизнь доилася скотина,
Как вдруг уже семь дней
Без молока я.
Уж ты найди, касатик,
В чём причина».
Надев застиранный халатик,
Животный врач давай смотреть.
То есть давай её вертеть,
Козу больную пред собой.
Раз повернул,
За ним другой,
Потом прогнул её дугой.
Рога замерил,
Пульс проверил,
Хвост к позвоночнику задрал.
Коза от боли даже села.
И тут старушка не стерпела:
«Ну что, касатик мой, нашёл?».
В ответ уверенно и смело,
Взяв авторучку, врач сказал:
«Осмотр, бабуля, показал,
Что у тебя теперь козёл».
----------
А я хочу сказать за дело:
Кто сам в работе бестолков,
Тот всюду ищет дураков.
* * *
Идёт по
просеке Медведь, хохочет,
И созывает
всех вокруг: – Кто хочет
Услышать
новый анекдот?
В лесу
известно, кто живёт,
Назвать всех
сразу невозможно.
Но всякий
житель осторожно
За Мишкой
следом побежал.
Поскольку
всякий обожал
Над анекдотом
посмеяться.
– Ну что ж, располагайтесь, братцы, –
Сказал
Медведь и сел на пень. –
Займу я вас
на целый день,
Такой вот
длинный анекдот.
А что до
дела, подождёт,
Всеобщий смех
куда полезней.
Залезли.
Кто на
деревья, кто под них,
Кто просто
замер в отдалении,
Кто вместе
рядышком присел,
А, кто совсем
уж осмелел,
Тот Мишке
прямо на колени
Забрался
храбро и затих.
Рассказывал
Медведь не очень,
Всё про
каких-то глупых пчёл.
Два слова
скажет и хохочет,
Не объясняя,
юмор в чём.
И стало
солнце уж садиться
И лес заметно
потемнел.
Стал кто-то
молча расходиться,
А кто-то тут
же засопел.
Посмел,
Однако ж,
чиж-юнец
Спросить,
предвидится ль конец?
Помялся
Мишка, сбавив пыл,
И говорит
вдруг тихо: – Я забыл.
Конец-то,
братцы, я не помню…
Неровня,
Мелкота,
И та
На косолапого
кричала:
– Уж лучше б ты забыл начало!
* * *
Конечно, знал Козёл,
Что лучше в лес не заходить,
Тем более, не с краю.
Но всё равно зашёл,
Уж больно травка там густая.
Решил, наемся и назад в сараи.
Медведя ж хлебом не корми,
Дай побродить
По собственным владениям.
Но вот козла падение
Не видел он ни разу,
Чёрт возьми.
Ну вылез шумно из кустов,
Ну фыркнул импульсивно,
А тот упал на спину и готов,
Обнюхивать и то противно.
Ну а когда Медведь исчез,
Козёл вдруг взял да и воскрес,
Как по приказу.
----------
И нет тут никаких чудес:
Всяк сущий наделён талантом
Быть симулянтом.
* * *
Вопрос
Однажды чей-то жирный Кот
В чужой прокрался огород
И развалился там вальяжно.
Любому Псу тут очень важно
Природный выполнить приказ:
Облаять наглеца, прогнать,
На дерево его загнать.
Так всё и вышло в этот раз.
Так, да не то.
Сидит Кот на высокой ветке
И говорит Псу: – В клетке
Тебя бы надо содержать.
Ты ж непонятно кто!
А лучше бы вообще прикончить.
Ни гончий,
Ни пудель ты, ни фокстерьер,
Ни мопс, ни шпиц, ни бультерьер,
Ни лабрадор, ни волкодав.
Одно и можешь – гав, да гав.
Да собирать ещё объедки.
Не предки
У тебя, а сброд.
И выродок ты редкий
От морды до хвоста.
Ещё такого я не знаю.
Молчал бы вовсе уж, урод,
И убирался в будку.
Не взять меня тебе, ублюдку.
Нос не дорос.
– Ах, так! – взбесился Пёс.
И против жирного Кота
Созвал всю местную собачью стаю.
----------
Вопрос:
Куда теперь тому деваться,
Кто любит сверху издеваться?
* * *
Намедни это было,
Хозяйка борщ сварила:
Говядинка, картошечка,
Капусточка, морковочка,
Томаты, зелень, чесночок,
Свеколка, перчик и лучок…
Сама поела и решила
Свинью с собакой накормить.
Поставила им целый таз,
Обеим, дескать, в самый раз.
– Мой борщ! – залаяла собака.
– Нет, мой! – захрюкала свинья.
Три дня
Шла между ними драка,
Пока не сбавили свой пыл.
А борщ тем временем простыл,
Прокис давно и забродил.
-----------
Коль всё равно – всем вместе жить,
В одном дворе, как говорится,
Мириться надо и делиться.
* * *
– Узнал я,
братцы, что на поле
Мешок с
капустою стоит.
А, может,
даже и с морковкой.
«Ну, молодец,
провёл их ловко.
Пусть
порезвятся, пусть бегут.
На пользу
только, не умрут» –
Хвалил себя
Зайчишка-плут.
Но через час
помимо воли
И сам туда же
побежал:
«А вдруг я
правду им сказал?»
----------
Мораль тут
вот в чём состоит:
Обманешь,
обхитришь, соврёшь,
Потом и сам
не разберёшь,
Где в жизни
правда, а где ложь.
* * *
Верблюд в космосе
Известно каждому, в пустыне
Верблюд не пьёт, а всё идёт.
Но кто ж того простит скотине,
Что, как ей в голову взбредёт,
Она плюёт.
И вот
Решил один животновод
Послать Верблюда на Венеру.
Там, дескать, он свою манеру,
Попав в другую атмосферу,
Перерождаясь, изживёт.
Одобрил, поддержал народ.
И ужаснулся через год.
С Венеры так всегда плюют,
Что гаснут звёзды там и тут.
----------
Мораль сей басни все поймут:
Верблюд и в космосе верблюд.
* * *
Дятел и Молоток
Спросил у Дятла
Молоток
– Как чувствуешь себя,
браток?
– Нормально, брат,
пока живой.
– И всё в порядке с
головой?
– Бывает, поболит, но
мало.
– А мне совсем не в
тягость труд.
Вот рукоятка вдруг
пропала,
Другую, новую,
воткнут.
Боёк вообще же из
металла.
С такой заботой век
живут.
А твой век короток,
приятель.
– Зато, – сказал
спокойно Дятел. –
Я отдыхаю и стучу,
Когда и сколько
захочу.
* * *
Зимою Голубю немножко
Насыпал кто-то хлеба крошки.
Но вдруг, откуда ни возьмись,
Учитель кушать объявился.
И тут ученья начались.
– Не налетай, не торопись!
Один вот так вот подавился.
А, если б слушать не ленился
И обратился бы ко мне,
Я б показал ему, как есть.
Да подожди ты в стороне,
Не лезь!
Успеешь ты ещё покушать.
И Голубь Воробья стал слушать.
Пока он слушал и смотрел,
Учитель хлебушек весь съел.
* * *
Лисья память
В курятник забралась Лиса.
Но не было в деревне пса,
Который не имел бы весу.
Услышав лай, Лисица – к лесу.
А псы за ней. Не псы, а бесы
В собачьих шкурах.
О курах
Думалось Лисе:
«Стать жертвой из-за них проклятых.
Да пропади они совсем!
Забуду даже, как едят их.
Дай Бог, мне только убежать».
Бог дал и полежать
На бугорке, покрытом мохом.
«Как я могла так думать плохо
О милых птичках, вот дурёха, –
Смеялась над собой Лиса. –
Забыть о курах – чудеса!»
* * *
Друзья
Однажды утром у плетня
Вдруг говорит Коту Свинья:
– Из нашего двора лишь я
Могу не плакать, не грустить.
Меня уж точно навестить
Хозяин наш не позабудет.
Мы с ним друзья,
И всё, что будет,
Он мне покушать принесёт.
Потом почешет мне живот,
За ухом поскребёт, погладит.
И даже песенку споёт.
– Это чего же ради? –
Воскликнул удивлённо Кот.
– А ради сытости моей.
Под пение я ем живей.
– И делаешься всё жирней, –
Добавил Кот, прочь убегая.
----------
Мораль сей басенки простая:
Не дай нам бог таких друзей!
* * *
Идеальный Волк
Собрался Волк достойным стать:
«Неправильно, что все меня боятся».
И начал в собственной душе копаться.
«Что есть во мне под стать
Морально-нравственному идеалу?
Терпение, упорство, смелость есть.
Уверенность в себе и сила есть.
И от коварства отвыкаю мал-помалу.
Пойду-ка я к Сове, та знает всё.
Пусть скажет, чем ещё
Достойные помечены Всевышним?»
– Любовью к ближнему, –
Ответила Сова.
– Какие мудрые слова, –
Воскликнул Волк. – Сердечные!
И, уходя, пообещал
Любить всех ближних вечно.
Но вдруг одна овечка,
Когда он с краю пастбища бежал,
Всех ближе подступила к лесу.
– А ну её, пернатую всезнайку, к бесу!
Я волк или не волк…
----------
Давно пора бы нам взять в толк,
Что нет у хищника души,
Хоть говори ему о ближних, хоть пиши.
* * *
Гостей незваных жизнь полна.
----------
Однажды в доме у Слона,
На стенке, прямо за карнизом,
Без спроса, паспорта и визы,
Без «здрасьте» и пожатий рук
Возник Паук.
Слон глянул на него беспечно,
Вздохнул, зевнул, газету взял
И добродушно так сказал:
– А, Бог с тобой, живи хоть вечно.
Коль ты не враг, так друг.
Того и ждал Паук.
Слова услышав эти,
Плести он начал сети.
Сперва карниз весь переплёл,
Причём, довольно шустро.
Затем два кресла, стулья, стол,
Часы с кукушкой, люстру.
И принялся уж за кровать.
Слону, конечно, надо б встать,
Да просто сдунуть Паука.
Но не решиться он никак
Обидеть злую кроху.
С досады даже охнул
И поругал себя.
Паук же, медлить не любя,
Связал слоновью тушу
И целый век свой кушал.
* * *
Всё. Надоело. Не могу.
Довольно. Хватит. Убегу!..
И убежал он
За кордон.
Без дела там он
Пошатался.
Как что-то где-то поболтался.
Куда-то чем-то окунулся.
И вновь на родину вернулся.
По старым улицам идёт,
Но ничего не узнаёт.
Запутался, устал, согнулся,
Раз сто без толку обернулся,
Примерно столько же запнулся,
Не отдохнул, не пообедал.
А тут ещё Ворона эта.
Следит, как будто он не свой.
И каркает над головой
С охотой явной заклевать,
А не обнять, поцеловать
Прибывшего из далека
Полуживого земляка.
Хотел Ворону он прогнать,
Да, вот беда, забыл, как звать
По-русски эту птицу злую.
Тогда он ей,
Являя злость свою,
Кричит с чужим акцентом: «Эй!
Перья, кыш отсюда!»
А та в ответ: «Привет, Иуда!
Отбросы я всегда клюю,
А не целую».
* * *
Расправив
чёрное крыло,
Летал он
смело за село.
Кричал
довольно громко.
Слова во рту
не комкал.
От стаи он не
отставал.
Поля вокруг
неплохо знал.
И молод был
при всём при том.
Вот потому-то
вожаком
И выбрали его
когда-то.
Но как ни
сунутся с той даты
К нему в
казённый кабинет,
Так
Галка-секретарь в ответ:
– Прошу,
товарищи, потише.
Его с утра
сегодня нет.
То есть он
есть, но он всё пишет
И приказал не
отвлекать.
На юг когда
же улетать
Пришла пора,
к нему опять
Вся стая с
криком заявилась.
Но Галка
снова заступилась:
– Его с утра
сегодня нет.
– Да как же
это? Столько лет
Срывались
дружною мы стаей.
– Сейчас,
минуточку, узнаю.
И Галка тихо
в кабинет
Вошла и вышла
задом вспять.
– Он приказал
вам передать:
«Пусть
улетают без меня».
----------
Брехня,
Что можно, в
небо не маня
Своим
натруженным крылом,
Быть вожаком.
* * *
Болонка и
Барбос
В московский
дворик, лая звонко,
Вбежала
шустрая болонка,
Породы
избранной – Бишон-фризе,
Красивая, не
то, что шимпанзе.
С хозяйкой в
гости прилетела из Парижа,
На шее бантик
для престижа.
А во дворе
лохматый пёс,
Породы так
себе – Барбос,
На шее
колтуны, как грива.
– Жизель, –
Представилась
мадемуазель игриво. –
А вас как
величать, месье?
– Чего! –
оскалился кобель. –
Вали отсель!
----------
Природа
неподвластна моде,
На каждого не
соберёшь досье,
Общаться
лучше по породе.
* * *
Тьма хищников в миру
безбожном,
И жадность их границ не
знает.
----------
Окружили,
Обложили
Медведя бурого и ждут,
Когда он околеет тут,
В краю таёжном,
Замрёт
Помрёт
И прекратит рычать.
А он лишь выбирал, с
кого начать.
Пришиб, как мух, одним
ударом
Койота, пуму, ягуара.
А тех, кто с Сены,
Одера и Темзы,
Он продырявил, словно
пемзу,
Когтями крепкими, как
сталь.
Затем улёгся возле ели
И говорит хохлатой
свиристели:
– Не верю я,
Что можно победить
меня!
----------
Мораль:
Всесилен тот, кто
поражение своё
Не допускает.
* * *
Два бойца
Крикнул гордо Чебурек
Пирожку с картошкой:
– Тигра я, джигит, абрек,
Ты ж простой лепёшка!
И ответил Пирожок
Чебуреку гордо:
– Ты не тигр, а волк, дружок,
Я ж медвежья морда!
На войне, как на войне,
Там не место слабым.
Бьют врага, спина к спине,
Серый с косолапым.
----------
Вечно ссориться нельзя,
Спесь подобна туче.
Если в бой идут друзья,
Это в сто раз круче.
* * *
Едва
Смогли узнать друг друга два
Товарища – так сильно сдали.
– Пойдёшь?
– Пойдём.
Поковыляли.
Пришли, расположились, взяли.
И потекла живая речь.
– Однажды выложил я печь,
Такую печь, что до сих пор
Меня там помнят.
Да, Егор.
Работал я и печником.
– А что потом?
– Потом я был массовиком
Потехи ради.
– Вот не подумал бы, Аркадий.
– Потом с тоски преподавал,
Афиши в клубе рисовал,
Тайгу валил,
Дома рубил,
В кино работал,
Крыши крыл,
Китов ловил,
Баранов брил,
Огонь тушил,
Костюмы шил,
Играл в оркестре на трубе,
Таскал диваны на себе,
Был массажистом в финской бане,
Брал чаевые в ресторане,
Фотографировал,
Доил,
Полы паркетные стелил,
Потом работал в профсоюзе,
Потом выделывал на пузе
В каком-то цирке номера,
Давал и уголь на-гора.
Потом писать пришла пора.
– Да, необъятно как-то очень.
Но больше всё ты был рабочим.
А вот начальником ты был?
– Был я этим, правда, был.
В одном
Совете областном.
– А был ли ты парашютистом?
– Был.
– А журналистом?
– Был.
– А?..
– Был.
– Так кем же не был ты?
– Специалистом.
* * *
Хоть верьте,
хоть не верьте,
Любил он
молоко до смерти
И всё
смотрел, здорова ль
Хозяйская
корова.
Бала корова,
хоть куда,
Да вот беда –
Слегла.
Но не Бурёна,
А Матрёна.
Лежит Матрёна
– нету силы,
А рядом кот
лежит Василий.
И говорит она
коту:
– Поди-ка сена дай скоту,
Налей воды
Бурёне в кадку,
Потом возьми
метлу, лопатку,
Почисти всё и
подмети,
А утречком
доить иди.
Встал Васька,
головой кивнул,
Тихонько
вышел и уснул
В укромном
месте под крыльцом,
Кольцом
Прогнувши
спину.
Проснулся
поздно, вечерком,
И сразу –
прыг за молоком.
Сарай открыл,
а тот пустой...
----------
Смысл в басне
сей весьма простой:
Забудешь
покормить скотину,
Уйдёт к
соседу на постой.
* * *
Москва и
Питер
В хорошей
басне всё случается,
В ней даже
города встречаются.
----------
Сижу я на
вокзале в Бологом,
Что меж
столицами посередине,
И вдруг в зал
ожидания Москва заходит
С пирогом.
За нею следом
Питер входит
С пышкой.
Садятся
рядом, как простолюдины,
И начинают
есть.
– Не лишку? –
Спрашивает
Питер у Москвы. –
Вы ж скоро
жиром заплывёте.
– А я смотрю,
и вы
Не впроголодь
живёте! –
Заносчиво
ответила Москва.
– Но вас-то,
барышня, я здесь
Вообще
признал едва-едва.
Где ж ваш
нарядный сарафан из шёлка,
Кокошник,
бусы, кружева?
– Тогда и вы
уж, сударь, объясните толком,
Прошло
всего-то двести лет,
А вы без
сабли на боку, без эполет,
И вместо
ментика какой-то свитер?
Потом Москва
уехала в Москву,
А Питер в
Питер.
----------
Мораль тут
предлагаю наугад:
Нельзя
отметины былого
Перенести на
новую канву.
Тем более,
что много лет назад
И города-то
не было такого –
Бологого.
* * *
Огород
Решили Заяц и Зайчиха
Свой огородишко завесть
(Когда-то ж надо сытно есть).
И завели.
Капуста лихо
Росла у них. Пустой земли
На грядках не видать уж было.
– Боюсь я, как
бы не подстыла.
Пора, наверно, убирать.
– Ну, знаешь,
это как сказать.
Не торопись, жену послушай.
– А я считаю,
коли уши
Мои замёрзли, значит, срок.
– А я считаю,
что чуток
Ещё незрел наш урожай.
– Не возражай.
– Не возражай…
Всю ночь проспорили зайчишки.
А утром глядь – ни кочерыжки.
Ну, братцы-кролики-воришки!
----------
Такие вот, друзья, делишки:
Взрастил капусту, должен знать,
Когда и как её убрать.
* * *
Хитрецы
Во рту у одного
Два языка с рожденья было.
И, как ни встретит он кого,
Так сразу спорить – во, хитрило! –
Что вместе на двоих
У них
Не два, как надо, языка,
А три найдётся.
Конечно, всякий тут смеётся
И в спор идёт наверняка.
«Не верю, парень, не дури».
А рты открыли – правда, три.
«Гони монету, да смотри,
Так глупо впредь не попадайся».
Собрал он денег, хоть купайся.
Но вмиг однажды бедным стал,
Поскольку сам впросак попал:
На кон поставил всю сберкнижку,
А вышло зря оно и лишку.
У одного, у старика,
Вообще рот был без языка.
Но как старик тот говорил,
Никто не знает – во, схитрил!
----------
Не уморил
Я вас, конечно, этой басней.
Беда не в том. Куда опасней
Себе казаться кем-то вроде
Единственного хитреца в природе.
* * *
Волк и цирковые собачки
Пышногривый Пекинес
И кудрявая Болонка
С весёлым лаем забежали
в лес.
И видят, на лужайке, чуть в сторонке,
Худой, облезлый, старый Волк лежит.
– Вы кто такие? –
Говорит.
– Мы из Москвы,
Собачки цирковые.
А вы?
– А я издалека пришёл к
столице,
Чтобы полегче
прокормиться.
Но дичи никакой тут нет,
Одни заборы и дороги.
– А вы идите к нам, у
нас порядок строгий:
Попрыгал, поскакал –
обед,
Покувыркался – ужин.
– Такой порядок, мне не
нужен!
Я лучше сдохну прямо
здесь,
Чем буду бегать по
арене.
----------
Ну не мораль, так просто мнение:
Не вытравить из волка честь,
Как из того, кто за прокорм покорно служит
На задних лапах вскок, поджав передние.
* * *
Урок
В свободный от работы день,
Когда мышей ловить не надо,
Материнская отрада –
Повоспитывать детей.
----------
Проверив остроту когтей,
Вот учит Кошка,
Как из плошки
Культурно следует лакать:
– Ни в коем
случае толкать
Свои мордашки вниз нельзя.
Пить надо с форсом, так как я.
И Кошка-мать изящно, плавно
(Со стороны весьма забавно)
Макнула лапку в молоко,
Затем ту лапку высоко
Над головою занесла
И ловлю капель начала.
Котятам странный сей урок
Пошёл, конечно же, не впрок.
Они испачкались, как свиньи,
И разбежались, кто куда,
Повергнув мать свою в уныние.
И та с досады что ль тогда,
Как самая простая кошка,
Толкнула морду прямо в плошку
И вылакала всё до дна.
Зачем чудить, когда одна?!
* * *
Пришла старушка как-то к Волку.
К тому, что жизнь свою без толку
Вином залил,
И был
Уж через то ненастоящим.
– Сыночек, – голосом молящим
Сказала жалобно она. –
Не боров вырос – сатана.
Здоров, как бык, и зол, как псина.
Такая жуткая скотина,
Что могут вызвать даже в суд.
Зарежь его, прошу как сына.
Представь, что ты ещё мужчина
И будто всё ещё в лесу,
А я за это поднесу.
Волк понял – будет похмелиться.
– Враз завалю, как говорится.
Без визга, профессионально.
В свинарник он вошёл нормально,
Успел и дверку запереть.
А вышел – страшно посмотреть:
Изодран весь почти что в клочья
И дышит из последней мочи.
– Ой, бедненький ты мой сыночек!
Да кто ж из вас кого зарезал?
– Не знаю, бабка, но раз врезал
Я всё ж ему
По пятаку.
* * *
Сказала
Бабочка родителям своим:
– Чего в
селе-то мы сидим?
В столицу
надо улетать.
Там
гладиолусы, тюльпаны.
Газоны,
клумбы и фонтаны.
А здесь всё
заросло плющом.
Репейник,
правда, есть ещё.
– Ну почему
же, – возразил отец. –
Есть
одуванчик и чабрец
Есть василёк
и зверобой.
– Есть даже
хвощик полевой, –
Добавила с
любовью мать.
Но дочка уж
сама могла летать.
Была она в
столице или нет,
Никто
доподлинно не знает.
«У скотного
двора едва порхает, –
Поведал
как-то шмель, сосед. –
Не может до
села добраться.
Сидит
красавица, боясь мороза,
На куче
свежего навоза».
----------
Мораль я
изложу тут вкратце:
Не надо бы
туда нам лезть,
Где не по
нашим силам честь.
* * *
Нашёл же Скунс себе забаву –
Помериться со Львом за славу
Всесильного царя зверей.
«Я тоже хищник, да ещё какой.
Лев сам меня обходит стороной» –
Воскликнул Скунс и начал бой.
Собрал так называемых друзей:
Шакалов, пауков, мартышек,
Зелёных попугаев, серых мышек,
Гиену старую, змею,
Хамелеона, жабу, рака.
И приказал про львиную семью
Нести сплошную чепуху.
Чтоб самому быть на слуху –
От Скунса якобы весь компромат.
Не дрогнул царский пьедестал,
Царя Скунс не достал.
Но мир для всех вонючим стал.
И как за это наказать – вопрос.
----------
Однако,
Не Скунс в том прямо виноват,
А тот, кто запах от него разнёс.
* * *
В зверином
царстве кутерьма.
Никто закон
не уважает,
И всяк живёт
себе, как знает.
Притом ещё и
не молчит,
На Льва
придирчиво ворчит.
«Весь вред
для власти от ума, –
Прокравшись к
уху по загривку,
Шепнул царю
навозный Жук,
Знаток
каких-то там наук. –
Поставить
надо всем прививку,
Чтоб меньше
думали вокруг».
Привили всех,
как приказали,
От вредной
хвори головной.
Ослу ж в
прививке отказали.
----------
Выходит так,
читатель мой:
Коль ты дурак,
то не больной.
* * *
Щенок, хозяин и козёл
Чужой козёл
Во двор забрёл.
А под крыльцом щенок ютился.
Пока он на козла глядел,
Тот в огороде всю капусту съел
И удалился.
Хозяин утром очень рассердился:
– Ты почему добро не уберёг!
– Не знаю, – заскулил щенок. –
А вдруг я вас бы разбудил.
Прогнал мужик несчастного щенка,
Поддав пинка.
А через год большой бездомный пёс
Козла того волкам отнёс,
А мужику тому чего-то откусил.
----------
Не в том хозяйская бравада,
Чтобы на улицу прогнать:
Щенков учить и гладить надо.
Хотя, конечно, как сказать.
* * *
Ад и Рай
Как жить тебе, сам выбирай.
Но, если что не так потом,
То на себя пеняй.
_______
Проходит мимо Ада Рай:
Тьма грешников кругом,
И черти их к вратам сгоняют,
Передних пропихнут,
Другие сзади напирают.
– Всё, не могу – пожаловался Ад. –
В одном котле толпой горят.
Смола кончается, чертей нехватка.
Ну никакого на Земле порядка.
Такое впечатление, что там
Совсем безгрешных не осталось,
Ко мне всех шлют,
А у тебя почти пустой приют.
Так прояви к соседу жалость.
Давай мы их поделим пополам.
– Давай, –
Ответил добродушный Рай.
И поделили.
Но подойти к чужим вратам
Никто из грешников не смог:
Дорогу ангелы им перекрыли,
И с ними Бог.
* * *
Телезритель
Чуть сэкономив на провизии,
Купили звери телевизор.
Пусть, дескать, все, кому не лень,
Сидят и смотрят целый день.
– Ну, надоели! –
Пожаловался Ёж Кроту
Через неделю. –
Показывают всё одно и то ж,
То про грабёж, то про кутёж,
То про какую-то звезду.
А где ж сюжеты про червей,
Про слизней, гусениц и змей,
Про мышек, насекомых рой!
Короче, даже не жалей,
Что ты слепой.
----------
Смысл басни сей
Весьма простой:
Что ёж ворчливый кушает,
То видит, то и слушает.
* * *
На Родину вернуться можно, но
А примет ли?
----------
Неслыханное дело –
В тайгу, где живности полно,
Гиены забрели.
Им, видите ли, падаль надоела.
– Ой, – завизжали громко крысы
тут. –
А вдруг они и нас сожрут.
Не лучше ли в места другие
убежать на время,
Пока Медведь не изведёт чужое
племя.
– Мы с вами, – прошипели змеи. –
А потом
Обратно вместе приползём.
Но не подумали они, подружки, вот
о чём,
До этого в родимом доме сытно
жравши:
Когда Медведь врагов извёл,
Он вкруг тайги забор возвёл
От всех сбежавших.
* * *
Сидят на
ветке две вороны.
Одна молчит,
а у другой всё стоны:
– Совсем
забыл меня сынок,
А я уж так
его любила.
Хотела, чтоб
летал он, как орёл,
И петь умел
хотя бы, как щегол.
Во все кружки
и секции его водила.
Ругала, если
что, и даже била.
Всем для него
была и вот итог –
Ни слуху от
него, ни духу.
А как я
возражала, чтобы он
Не выбирал
себе жену среди ворон
И не привёл
бы в дом старуху.
– А мне, так
всё равно, как говорится,
На ком
сыночек мой решил жениться
И что умеет
он и как летает.
Зато меня не
забывает, –
Прокаркала
соседка.
И, правда,
вмиг на ту же ветку
Подсел её
сыночек к ней
С кусочком
сыра.
----------
Я в
материнских чувствах не проныра,
Но всё ж
мораль такая видится тут мне:
Быть просто
мамой для своих детей
Достаточно
вполне.
* * *
Плохое
слово
Если слов
«необходимо»
Больше, чем
необходимо,
То из них,
как следует,
Ничего не
следует.
----------
Очень умный
мальчик Дима
Шёл по берегу
реки.
– Все в
округе дураки!
Тут же мост
необходимо
С фонарями
возвести,
А вон там,
как ни крути,
Стадион
необходимо,
А вон там ещё
бассейн…
Быстро вырос
мальчик Дима,
Стал главой
округи всей.
Правда, шибко
нелюдимым,
В смысле всё
не для людей.
Ничего он не
построил,
Только слов в
речах утроил
И талдычит
горячей.
* * *
Диван и Нары
Свезли на свалку сломанный диван
И сломанные нары,
И начались меж ними тары-бары.
– На мне лежал сам царь-тиран
И фавориты матушки-царицы.
Потом партийные вожди,
Известные тебе, поди.
– Меня давили тоже непростые лица,
Мотая срок.
Бывало, ляжет скромно на бочок,
Как будто бы не вор в законе.
----------
Мораль сей басни прямо стонет,
Так хочется ей приглянуться вам:
На небе судят по делам,
А не по ложам,
Любой диван и нары – это хлам
Для судей божьих.
* * *
Малина
Не связывайся
с теми, кто сильней,
Партнёры
делятся по чину.
----------
Медведь и
мужичок Корней
Решили вместе
посадить малину.
Медведь
кусточков натаскал,
Корней сажал
и поливал.
Малина
удалась на славу,
Любому бы
пришлась по нраву:
Цвет ягод –
розовая медь,
Вкус –
неземной,
И отделяются
легко от плодоножек.
И что же?
– Тут всё
моё! – вдруг заявил Медведь,
Когда пришла
пора делиться.
Корней стал
спорить с ним, рядиться.
Но вмиг
Унял его
медвежий рык:
– Проваливай,
пока живой!
* * *
Один Шакал
Вдруг храбрым стал,
Как в сказке.
Всё нехорошее про Льва
Он предаёт огласке.
Кричит:
«Народ не чтит,
Ломает под себя законы,
Не слышит жалобы и стоны,
Куда ни ткнёшь, везде грабёж,
И львица кто, не разберёшь,
Ни мира в царстве, ни покоя!».
Льву не понравилось такое
И обратился он к Сове,
Специалистке по молве:
– Какую выбрать мне удавку
На эту лающую шавку?
И выдала совет Сова:
– Не хочешь ты Шакала слушать,
Дай бедному ему покушать.
И прорычи:
Молчи,
Коль ешь казённые харчи!
----------
Пернатая была права:
Шакал наелся и заткнулся,
Лишь раз тихонько поперхнулся.
* * *
– Там рай, а здесь бардак! –
Пробарабанил вдруг беляк. –
И убежал в Европу.
Но заячью, простите, попу
В жилище кроличье не пропихнёшь.
Вот и живи, как хошь.
А как?
Зима бесснежная, лесок сквозной,
И стал мишенью белою косой.
А шляпы у охотников чудные,
С пером на трезвых головах.
Короче, ох да ах,
Скорей домой,
Пока живой.
Да здравствуют места родные!
Сугробы по уши, леса густые,
Под каждым пнём готовая нора,
Охотнички весёлые с утра
И дуют не в рожок.
----------
Читай Есенина, дружок.
«Если крикнет рать святая:
«Кинь ты Русь, живи в раю!»
Я скажу: «Не надо рая,
Дайте родину мою»
* * *
Медведь
любого может завалить,
А тут его
вдруг завалили.
Не наяву, а
письмами, гуртом:
«Кабан
разворошил наш дом!»
И подпись –
Муравьи;
«Бобры
черёмуху спилили!»
И подпись –
Соловьи;
«Волк
угрожает нас убить!»
И подпись –
Лисы;
«С ужами надо
делать что-то!»
И подпись –
Крысы;
«Верните нам
родимое болото!»
И подпись –
Кулики.
– Вот,
чудаки! –
Сказал
Медведь
Токующему
глухарю. –
Не могут то
уразуметь,
Что я порядок
навожу на всей планете.
----------
Давным-давно
писались письма эти,
Но как жила
тайга, так и живёт.
Поэтому
мораль такая вот:
Когда порядка
нет в своём краю,
А ты решил
вдруг навести его везде,
То это
значит, что нигде.
* * *
У каждого срок жизни свой,
Судьба жестока.
----------
Морозным вечером домой
Шёл молодой поэт Гаврила,
Через лесок поближе было.
Вдруг в темноте протяжный вой
И страшные глаза за ёлкой.
«Волки!», –
Решил поэт и в снег зарылся
С головой…
А жаль,
Зря он в сосульку превратился:
Глаза – так это дом светился,
А вой – так это вьюга выла.
----------
Мораль:
Кто духом пал,
Тот и пропал,
До срока.
* * *
Гиппопотам в деревне
Из московского зоопарка сбежал Гиппопотам.
И правильно сделал, не место там старикам.
Зато теперь в деревне за угощение и кров
Он катает на себе кучу пацанов.
А намедни всего-то за несколько бочек пива
Он очистил всю околицу от крапивы.
А всего-то за несколько тонн овощей
Он очистил весь пруд от осоки и хвощей.
А ещё по заявкам и с одобрения
Он разбрасывает, где надо, ценное удобрение.
И, где не надо, бывает, случается,
Но ему, забавному толстяку, всё прощается.
С коровой одной молодой подружился.
Не бык племенной, но всё же сгодился.
Короче, прижился.
И служит тем самым наглядным примером,
Что следует делать пенсионерам.
* * *
Ежовый суп
В лесочке под Москвой,
За лугом,
Ёж поселился из Калуги.
Кто он такой,
Никто не знает,
Как раньше жил, не разглашает.
– Скажи, сосед,
А почему с тобой ежихи нет,
А как тебе нора досталась,
А старая куда девалась,
А детки есть иль были,
А почему нас в гости не зовёшь?
Да ладно б только раз спросили,
А то всё признавайся да скажи.
И донимают не ежи,
А змеи, крысы, выдры, жабы.
Устал от них несчастный Ёж
И, дабы
Отвадить от себя их, наконец,
Позвал всех надоевших в гости,
Сварив супец.
Даю его состав, вдруг пригодится:
Улитки, осы, пауки,
Навозные жуки,
Мокрицы,
Стрекозы, мухи, червяки,
Тритоны, слепни, слизняки,
Пиявки,
Сушёные козявки,
Рыбьи кости,
Чей-то клык,
И сверху хвостик серой мышки.
Поставил Ёж котёл
На стол.
А вонь такая из-под крышки,
Что гости все исчезли вмиг.
----------
Да здравствует ежовый суп –
Всем надоедливым отлуп!
* * *
Решив писателем вдруг стать,
Лохматый дед достал тетрадь
И сел за стол на кухне.
«Колени-то чего опухли?»
Погладил, помассировал, потёр.
Встал, форточку открыл.
Сел, взял авторучку,
Изобразил большую закорючку.
Встал, закурил.
«А что ж вначале написать,
Роман или рассказ?
Схожу-ка лучше я на двор,
Подумаю и причешусь как раз».
Вернулся, сел.
«А где-то у меня была халва?»
Встал, отыскал, поел.
И снова сел.
«Творить на сквозняке негоже!»
Встал, форточку закрыл,
Тулуп надел.
«А то чего-то мёрзну».
----------
Мораль сей басни такова:
Рождённый ёрзать,
Писать не может.
* * *
Заяц и телевизор
– Вчера по телику узнал,
Как сделать шашлычок из жабы,
Представляешь,
Очень хвалят, –
Сказал соседу Ёж. –
Берёшь побольше нож
И режешь пополам.
Потом все бородавки вырезаешь.
Постой, Косой,
А где же телевизор твой?
– А я его кроту отдал,
Пусть слушает хотя бы.
– А сам-то почему смотреть не стал?
– Но я же не медведь,
Чтоб, не дрожа, на то глазеть,
Как волки там
Всё время зубы скалят!
* * *
То ли волк
уже не хищник,
То ли пёс не
волкодав.
----------
Иван, узнав,
Что пёс
Полкан, работу ищет,
Потомком
волкодавов став
Случайно,
Взял охранять
его свою овчарню.
Год миновал,
и что ж?
– Ты почему
овец не стережёшь,
Вчера пропали
враз две матки,
Позавчера
ягнёнок и баран! –
Бранит
охранника Иван.
– А я-то что,
я ж вроде лаю
На волчью
стаю.
– Ну а
давить-то их когда начнёшь?
– Не знаю.
----------
Пускай
С моралью тут
не всё в порядке,
Зато
доподлинно известно мне,
Что накануне
при Луне
Вожак,
перемахнув ограду,
Вручил
Полкану за притворный лай
Какую-то
медаль в награду.
* * *
Начало осени, и посему
Две вечные соседки по селу
Засобирались за грибами.
– Корзинку не забудь, –
Сказала Правда.
– Уж не забуду как-нибудь,
Возьму побольше, –
Ответила ей Ложь. –
Шли к лесу полчаса, не дольше,
Балакая о том о сём.
И вдруг табличка со словами:
«Съедобные – направо.
Несъедобные – налево».
– Не может быть! – вскричала Ложь. –
Меня не проведёшь.
И подалась налево.
– Господи, да как же ты живёшь! –
Вскричала Правда ей вослед. –
Сама всем врёшь
И никому не веришь – это ж бред.
И подалась направо.
А потом.
Съев дома бледную поганку,
Строчок, сморчок и мухомор,
Ложь бегала всю ночь на двор…
----------
Я выдумал грибы тут, как приманку.
Но Правда ест их до сих пор.
* * *
Дураки
Я, было, в зеркале
увидя образ свой,
Тихохонько Крылова толк
рукой:
«Смотрите, говорю,
учитель мой,
Что это там за рожа с
басней «Дураки»?
Я удавился бы с тоски,
Когда бы сочинил такую
ахинею,
Ещё и в интернет бы
вышел с нею.
А ведь, признайтесь, нынче
есть
Из баснописцев дураков
пять-шесть,
Я даже их могу по
пальцам перечесть».
«Чем дураков считать
трудиться,
Не лучше ль на себя
оборотиться?»
Крылов мне отвечал.
Но сей совет лишь
попусту пропал.
----------
Таких примеров много в
мире,
Никто не любит узнавать
себя в сатире.
Вот Климыч сочинил
дурацкий стих,
Все говорят ему, стихи
не пишут так.
А он кивает на Петра и
на других:
Что, мол, не я ж один
такой дурак.
* * *
– Бессмертие
Кощея – бредь! –
Сказала
Лешему старуха-Смерть. –
Да я его в
два счёта разбессмерчу.
И, надо ж, он
идёт навстречу.
– Привет,
больной!
– А что со
мной?
– Так у тебя
же остеопороз,
Артрит,
артроз, хондроз и сколиоз.
И это при
твоём-то росте!
Явился Леший
через год
К Кощею в
гости,
А там на
троне только меч да кости.
----------
Выходит,
правду говорит народ:
Причину
смерть всегда найдёт.
* * *
Поэт и Боты
Себя давно
Свободной птицей представляя,
В окно
Смотрел поэт,
Ворон считая.
Уж много лет
Он не имел другой работы.
Боты
Сушились тут же на окне.
И говорят они вдруг тихо, сухо:
«Не птица ты, поэт, а муха.
Летаешь с нею наравне,
От койки и окна – к буфету,
А от буфета – к туалету».
* * *
Сей случай для того придумал я,
Чтобы понять, как вертится у нас Земля.
----------
В Гостиный двор, как во дворец,
Проник однажды двор-терьер-малец,
На Венский бал явился молодец.
Хотел он соблазнить французскую болонку,
Лизнуть её и в вальсе покружить.
Не всё ж трусливо в подворотне жить.
Однако,
Едва вообще остался жив наш Дон Жуан.
Танцмейстер покусал его, собака,
В кровь,
Такой холёный доберман,
И прорычал ещё вдогонку:
– Беги отсюда, обормот,
Ведь ты не нашего помёта.
----------
Теперь, возможно, объяснит мне кто-то:
Сословия в России вновь –
Это вращение Земли назад или вперёд?
* * *
Медведь и Червяк
С Медведем спорить бесполезно.
----------
Любезно
Он никого не привечает.
Как молотом кузнец,
Даст лапой – и конец.
Вот было тут намедни.
Кабан поверженный пред ним лежит,
И вдруг червяк к добыче подползает.
– Давай делиться, –
Говорит. –
Уж так и быть, тебе копыта,
Ешь досыта,
А остальное мне.
– Чего! – взревел Медведь. –
Впервые слышу я такие бредни!
Сгинь с глаз моих,
Пока не раздавил!
----------
Медведь не псих
И не дебил.
Здоров Топтыгин наш вполне.
Чтоб с ним судиться да рядиться,
Такую ж силу надобно иметь.
Но всё равно его не одолеть,
Прав он иль не прав,
Такой уж у Медведя нрав.
* * *
Хищники
Столкнулся Тигр с Грузовиком.
– Куда ты так спешишь, братуха?
– Охотники кругом,
Убить меня хотят за Муху.
Собачку звали так,
Которую я слопал с голодухи.
– Так поделом же, вот чудак.
– Ага, тебе так, значит, можно
Давить несчастных голубей,
Ежей, мышей, гусей,
– Скажи ещё, людей.
– Скажу. И всё равно ты не злодей.
Они тебя ещё и кормят, охраняют.
Как и твоих подружек
Легковушек,
Калечащих и взрослых и детей
Безбожно.
И все давно об этом знают.
А я собачку съел одну за год,
И всё – меня в расход.
Ты вместо бы того, чтобы смеяться,
Помог бы лучше мне смотаться
Подальше от села в тайгу.
– Конечно, помогу.
Лезь в кузов и вперёд!
----------
Сюжет сей басенки, увы, наигран.
Но я бы точно вслед за тигром
Загнал в глухой дремучий лес
Иной технический прогресс.
* * *
И я за то
Коль хищники они,
То жить без войн не могут.
И не жили.
----------
Лосиху волки обложили.
И некого позвать ей на подмогу,
Лесной красавицы дни сочтены.
Глухарка в том трагедию узрела
И с жалобой к Медведю прилетела:
– Совсем ведь озверела волчья стая,
Нельзя подобное терпеть.
– И я за то, – сказал Медведь,
Кабанью тушу доедая.
* * *
Клопы
В Москве,
В квартире у Ивана,
Вдруг тьма клопов образовалась.
И обратился он тогда к Сове,
Которая премудрою считалась
И никогда не засыпала рано:
– Скажи,
Как вывести мне этих кровососов?
– Да нет вопросов! –
Ответила Сова. –
Сначала ты их строишь по ранжиру,
Затем командуешь «Ать-два,
Вон из квартиры!»
Не вздумай только рассмеяться.
Ивану некуда деваться,
Поэтому он так и поступил.
Входную дверь открыл,
Распорядился строго,
Клопы и подались цепочкой за порог.
А вот последний маленький не смог
Переползти – упал с порога.
Ивану б подождать немного,
А он расхохотался, как дебил.
Клопишка тот и завопил:
– Ребята,
Возвращаемся, хозяин пошутил!
----------
Мораль достойна тут плаката:
Сперва победы ты добейся,
Потом хоть до упаду смейся.
* * *
Глухарь-баснописец
Глухарь явился к Журавлю,
Тот был издателем, и говорит:
– Я басни Филина люблю
И знаю.
Но кто-то ж и сейчас творит.
Я тоже вот давно их сочиняю
И про лисиц, и про ворон.
– Зачем?
Ведь всё равно, как он,
Писать ты никогда не сможешь.
– И что ж?
– Ну как ты, глупый, не
поймёшь.
Он эталон,
Известный
всем.
Тебя с ним
рядом не положишь.
Поэтому,
глухой,
Лети домой.
Один великий
баснописец есть
И хватит!
----------
Кстати,
Вчера у нас в
столице здесь
Кого-то
памятной доской прибило.
Правда, было.
* * *
С собачкой маленькой
Гулял по парку дед Семён.
Собачку звали Моська.
Была родной ей каждая берёзка,
И каждый кустик ею был учтён.
И остролистный клён,
И дуб корявый,
И между ними пень трухлявый,
И ёлочка с рябинкой,
И к выходу тропинка,
И норных холмиков гряда.
Но вдруг Семён свернул туда,
Куда ни разу не ходили
За десять лет.
Совсем свихнулся, что ли, дед.
Глазёнки Моська на него таращит,
А он цепляет поводок
И тащит
Ни Моськин взгляд, ни голосок
Хозяина не убедили.
Держал он крепко шнур в руке.
----------
Мораль сей басни налегке,
Без аллегорий:
Не знаю я таких историй
О том, как волоком на поводке
Кого-то в рай втащили.
* * *
К
Ивану-дураку,
Что до сих
пор не спился,
ИИ с мешком
явился.
«Я всех давно
согнул в дугу,
Поработил,
занейросетил,
Остался ты
один, душою светел,
Живёшь своим
умом, а так нельзя,
Я научу тебя,
как надо».
Затем он взял
мешок и говорит:
– Вот
посмотри, что в нём лежит,
Не просто
пища, а отрада.
Йоркширский
пудинг, две сосиски
И
односолодовый виски,
Прозрачный,
чистый, как слеза.
Живи, Ванюша,
по-английски.
– Чего! –
наморщил лоб Иван,
Достал
берёзовый стакан,
Налил из
бочки мутной бражки
И выпил,
замочив рубашку.
– Теперь,
голубчик, закуси, –
Сказал
услужливо ИИ. –
Вот лягушачьи
лапки, гузки,
Солоноватый
пармезан.
Живи, Ванюша,
по-французски.
– Чего! –
опять наморщил лоб Иван
И подошёл к
порогу,
Достал из
погреба сметаны жбан,
Капусту, лук,
морковку, сало,
Наелся
вдоволь и полез,
На верхний
ярус сеновала.
А что ИИ? А
он исчез,
Как не
бывало.
С поломкой в
схеме и мешком.
----------
Нет власти у
ИИ над дураком.
И слава Богу!
* * *
Дуб и стервятник
В посёлке Дубовом
Есть Дуб, цепями
огороженный.
И вдруг к нему на ветку
сел
Стервятник с голой кожею
На голове, на шее и на
попе.
Решить явился он вопрос
о том,
Кому чего достанется в
Европе.
– Мне триста восемьдесят
лет
И столько же за мной
побед, –
Сказал сурово Дуб в
ответ. –
Кому чего я сам решаю.
И так заморского гонца
огрел
Другою веткой толщиной
со сваю,
Что сгинул тот куда – бог
весть.
----------
Мораль я здесь
Такую предлагаю:
С делёжкой к сильному не
лезь,
Коль не желаешь весь
облезть.
* * *
Тили-тили-тили-бом,
Заселили новый дом.
Шум и гам стоит кругом.
Стуки, бряки будто гром.
Старый дом идёт на слом,
Поддаётся он с трудом.
И решили все при том:
Сам развалится потом.
И, действительно, потом
Развалился… новый дом.
* * *
И вновь
черёмухи цветут,
А соловьи уж
не поют
В Москве и в
Подмосковье.
----------
Здоровье
Чудесных
птичек
Здесь
абсолютно ни при чём.
Проблема в
том,
Что не для
кого петь.
Нет
ласточек-сестричек,
Скворцов,
дроздов, щеглов, синичек,
Клестов,
зарянок, зябликов, чижей,
Весёлых
взбалмошных стрижей
И даже
хищников пернатых,
Которые враз
улететь
Давно,
оказывается, спелись.
Воробушки
куда-то делись.
Лишь дятлы не
меняют рубежей,
Пока полно
дубов щербатых,
Домыкивающих
свой тяжкий век.
А что же
человек?
А он,
печальный, в кабинете
Припомнил
встречу у ручья
И молится на
нейросети:
– Алиса, спой
за соловья!
----------
Мораль такая
тут друзья:
Мертва без
мира Божьего Земля,
Исчезнет всё,
и вы, и я.
* * *
Живёт Барсук
царю под стать,
Нору в дворец
преображая:
Из золота его
кровать,
Большие вазы
из Китая,
Из Франции
вино, коньяк,
Камин из
малахита,
Ковры –
Афганистан, Ирак,
Из Англии
мохито.
А в Форбс по
осени попал,
Так выпил всё
и в спячку впал.
Проснулся аж
в начале мая,
Наружу вылез
– мать честная:
За мочажиной
волчья стая,
Перед норой
медвежий след,
Прохода
никакого нет,
Коряги, топь,
лесоповал,
Лопух,
крапива, мох да сучья.
– Эх, голова
твоя барсучья! –
Сказала тут
ему Сова. –
Живая правда
такова:
Дворцом тогда
бывает дом,
Когда
по-царски всё кругом.
* * *
На тропке у
реки
Сошлись Кабан
и Волк,
И у того
клыки
И у того.
Но вепрь
матёрый здоровее
И сильнее.
–
Посторонись, болван! –
Воскликнул
Волк. – Я господин!
– А я
товарищ! – возразил Кабан. –
Господь один!
И выпихнул,
как хлам,
Присвоившего
себе имя божье
К бездорожью.
----------
Ни тога не
подходит нам,
Ни плащ без
петель,
Мы все равны
на этом свете,
Ещё грешны и
смертны тоже.
* * *
В семье
московских старичков беда:
Жена чужой
язык на курсах изучает
И русский
позабыла навсегда.
Дед за
предательство её ругает,
А бабка
ничего не понимает
И только «хау
ду ю ду» твердит в ответ
Иль «ай донт
си» красиво изрекает.
----------
Мораль в сей
басенке такая:
Чужих
словечек полон свет,
Но без своих
и Родины как будто нет.
* * *
Вопрос баснописца
Я это так, для диалога.
----------
На свете всех и всяких много,
И каждый дом свой бережёт.
Но тут намедни как-то вот
Собрание в лесу случилось.
Зарянка, было, отлучилась
И вдруг ещё одно яйцо в гнезде,
Лежит по центру в тесноте,
Но больше вроде и светлее.
На днях и с трясогузкой то ж,
И с пеночкой, и с соловьихой.
Поднялся гомон, гам, галдёж.
– Подумаешь, какое лихо –
Не те параметры и цвет,
Чужих яиц в природе нет,
Несёмся мы для общей цели!
----------
Вопрос:
И кто ж такое произнёс
С высокой ели?
* * *
Разоружение
– Вот это да,
Вот это гребень, борода,
С высоким
уровнем тестостерона! –
Расхваливала Петуха Лиса
Из-за большого колеса
Стоящей во дворе телеги. –
А хвост, такого не видала я вовеки!
Окрас его любую курочку сведёт с ума
Без стрел и лука Купидона.
Да и осанка у тебя породиста, пряма.
И лапы крепкие, как две опоры.
Но жалко, что на них есть шпоры.
А, если б ты их удалил совсем,
Вот эту угрожающую пару,
То был бы первою жар-птицей на селе.
Сходи с утра к ветеринару.
Петух так возгордился, что сходил
И то, что хитрую лису пугало, удалил.
А ночкой тёмною его не стало.
Потом лиса и кур всех потаскала.
----------
Таких примеров и средь нас немало:
Хвалу елейную пропел,
Разоружил и съел.
* * *
Не мухи если бы
Один Сизарь
Вдруг вспомнил – встарь
Все голуби в деревне жили
И все здоровы, сыты были.
С отливом грудь,
Во взгляде радость,
В размахе крыльев сила, стать.
А нынче взять –
Не жизнь, а гадость,
Унылый путь
В трубу котельной.
А, может, лучше жить отдельно,
Вдали от города, в глуши.
Воркуй там нежно от души,
Ешь спелую в полях пшеницу,
Пей чистую в пруду водицу…
И городская сроду птица
Умчалась в райский уголок.
Кругом поля, сады, лесок.
И с чистым, теплым чердаком
Красивый, крепкий, сельский дом,
Не небоскрёб, не развалюха.
Вот на него-то Голубок
И сел наш. Тут же села Муха.
Обыкновенная, из местных,
Шмелю мохнатому под стать.
И горожанина кусать
Как напустилась, прямо в темя.
– Эх, первобытное вы племя, –
Обиделся незваный гость.
– Дичь деревенская.
Ни дать, ни взять.
Провинция!
Культурного, видать,
Здесь нету никого.
---------
В столице я
Недавно повстречал его.
Летит, как чуморной,
На горсть
Какой-то дряни возле урны.
Больной,
Худой,
Почти слепой.
Зато... культурный.
* * *
Художника обидеть может каждый.
Но не поэта –
Стихи его страшнее лома,
Нет против них приёма!
----------
Однажды,
Летом,
У окна
Меж лестничных площадок
Многоквартирного жилого дома
Один мужик сказал
Другому:
– Курилка тут запрещена,
Не надо нарушать порядок.
Иди на улицу, сосед.
А тот в ответ:
– Иди ты на…
Но не пошёл туда поэт,
А кисть да краску взял
И на двери курильщика намалевал:
«Он бросил в подъезде окурок
И сплюнул во след по-блатному.
Поскольку с рожденья придурок,
Схвативший не ту хромосому».
* * *
Дед Мороз и Фея
Поспорили у Мавзолея
Дед Мороз и Фея,
Кто главный всё ж из них,
Волшебников таких?
– Я чудо всем дарю.
– А я подарки раздаю.
– Я приношу удачу.
– А я на Новый год чудачу.
– Я просьбы исполняю.
– А я природу охраняю.
– Я всех могу от хвори исцелить.
– А я пургу могу враз усмирить.
– А у меня корона классная.
– А у меня костюм атласный.
И вдруг на площадь Красную,
Услышав сей дуэт,
Сам Президент явился.
– В хороших сказках главных нет! –
Сказал и удалился.
----------
Мораль в сей басенке проста,
Как суть текущего момента:
Не спорить надо иногда,
А слушать Президента.
* * *
Общий род
В каком-то сказочном краю,
Как и положено царю,
Без компенсаций, просто даром,
Могучий Лев одним ударом
Сдирает шкуры со зверья.
Тем мало нижнего белья:
И холодно, и стыдно,
И больно, и обидно.
Но делать нечего, идут
Туда, где царствует Кот-плут.
Тот всё, что нужно, продаёт.
Но тоже так при том сдерёт,
Что сразу видно – Лев и Кот
Один имеют общий род.
* * *
Просто жадность
Вор ворует и не знает,
Что репей за вишнями.
Денег много не бывает,
Но бывают лишние.
----------
Ночь, затишье,
Вор в чужом саду,
И вишни полное лукошко.
Но на беду
Зажглось хозяйское окошко.
А вору хоть бы хны,
Предательская жадность одолела.
Сперва он снял штаны
И сделал
Как бы куль из них.
Затем стянул с себя рубашку,
Связал её узлом
И тоже загрузил чужим добром.
А в доме дверь уж нараспашку,
И он с ружьём,
Хозяин.
До самых хуторских окраин
Впотьмах
Сквозь гущу лопухов с крапивой
Бежал вор без наживы.
В одних трусах,
Трусы в репьях,
И весь по шею в волдырях.
* * *
Чужая власть
Жила себе давным-давно
На левом берегу истока волчья стая.
Но вдруг, ничуть на это невзирая,
На родину волков могучий тигр явился
С другого берега одним прыжком.
И заявил: «Теперь я буду вашим вожаком!»
Такой вот факт в тайге случился.
Попрал нещадно тигр волчью честь,
Зато стал сладко спать и есть.
Завалят волки кабана и закрывают пасти –
Всё с потрохами достаётся новой власти.
Завалят лося всей гурьбой –
Рога и хвост лишь делят меж собой,
В бока друг друга зло пихая.
----------
Добавить даже толком что не зная,
Готов, однако, я сказать одно:
У Родины должна быть власть родная.
* * *
Люди и мамонты
Пять тысяч лет назад,
Не предъявив верительные грамоты,
Явились на Таймыр вдруг мамонты.
А кто ж таким соседям будет рад,
Которые за день травы съедают тонны.
А люди были и тогда бесцеремонны,
Задиристы, жестоки и горды.
Но коль пришла одна беда на все роды,
Сплотились, подружились, встали
В единый строй и недругов загнали
В могилу вечной мерзлоты.
----------
Обман, измена, жадность, грех,
Как пропасти, разъединяют всех.
Сближают страх, невзгоды, беды
И долгожданные победы.
* * *
Невидимка
– И кто это мне тапочки
погрыз!
И кто вот это всё стянул с
дивана вниз!
И простыню, и плед с
узорами!
И всю подушку истрепал!
И почему карниз валяется со
шторами!
А телевизор почему упал!
А почему под тумбочкой
журнал!
Ты что его читал!
Чего ты там забился в угол,
стыдно!
А глазки лапою зачем
прикрыл!
Ты думаешь, тебя не видно!
Чего молчишь, ишь, приуныл!
–
Ругает женщина щенка, придя
с работы.
----------
Мораль такая тут, друзья:
Собаке учинить бардак никак
нельзя,
А человек наделал дел,
прикрыл глаза
Купюрою – и нет заботы.
* * *
Кукушка, Бог и Дьявол
Гуляют Бог и Дьявол по опушке,
А рядом счёт годам ведёт кукушка.
– Я ж говорю, безгрешных нет,
Она вот подшвырнёт яичко и привет.
А про грехи и плутни человечьи
Так даже спорить тут с тобою не о чем.
– Конечно, если искушать людей, как ты,
Гордыней, похотью и эгоизмом,
То не дождаться им счастливой жизни.
– Не в этом дело, дорогой.
Всё сущее противоречит воле Божьей.
Сама исконная Земля и та
Грешит вулканами,
И небеса грешат, являя буйный нрав.
– Нет, Дьявол, ты не прав.
Не может грешной быть такая красота:
Вот эти лютики с тюльпанами,
И этот василёк, и зверобой,
И колокольчики, на купола похожие,
И клевер, и подсолнух, и лопух,
И мать-и-мачеха с иваном-чаем,
И одуванчик этот вот.
Жизнь на Земле – награда!
Но вдруг кукушка замолчала,
И Дьявол улетучился, как дух.
----------
Мораль:
Безгрешным может быть лишь тот,
Кому грешить не надо
И жизни без греха не жаль.
* * *
Жизнь на Марсе
Решил вдруг Бог,
Что на Земле мир плох,
Организован он безбожно,
И всё возможно.
А, значит, надо бы послать
На Марс всех понемногу.
Нельзя ж, ей-богу,
Без жизни космос оставлять.
Прошло столетие.
И как же попаданцы там живут?
А также, как на этом свете:
Завидуют,
воруют, врут,
Не любят, ленятся, дерутся.
Бог видит всё
И в замешательстве гадает,
Аж нимб не так сияет:
Ослёнку дарит жизнь осёл,
Козлёнку, стало быть, козёл,
Откуда ж нелюди берутся!
* * *
Просто Пёс
На выставку собак,
Лохматый Пёс явился,
Породы никакой
И звать никак.
А лес-то рядом.
Взглянул на Пса судья
Суровым взглядом
И говорит:
– Таких участников ещё не видел я,
Без хендлера и без заявки.
Не вздумай в круг вставать,
Тут не какие-нибудь шавки.
Тут хаски,
Бигли, доберманы,
Питбули, доги и афганы,
Мастифы, гампры и пхунсаны.
Все из прославленных элит,
Бойцы,
Любого зверя могут разорвать,
Не подходи к ним без опаски.
И вот осмотр начался.
Судья оценивает экстерьер,
Резцы,
У сук соски, у кобелей мошонки.
А просто Пёс стоит в сторонке,
Отторгнутый за ленточный барьер.
И вдруг
Кабан из леса – прямо в круг.
Всех охватил такой испуг,
Что никакой элиты не осталось,
Она, как иногда,
Поджав хвосты, поразбежалась.
Кабан тогда
На бедного судью попёр и снёс
Того бы без напряга,
Кабы не Пёс, дворняга,
Который встал у вепря на пути.
----------
Вопрос: а что у Муромца Ильи,
Когда он с печки сполз,
Висело на плечах? Ответ: сермяга.
А вот попробуй, победи.
* * *
Космическая записка
– Моя нефть! – Нет, моя!
– Мой газ! – Нет мой!
– Моё море! – Нет, моё!
– Мой материк!..
И вдруг меж спорщиков метеорит
К ногам упал с запиской:
«Берегитесь!
Далёкие враги Земли совсем уж близко,
Год световой один,
Миритесь!
И лучше думайте о том,
Как защитить свой общий дом,
И как вам сообща с врагами биться.
Доброжелатель».
----------
Выходит, прав учёный наш мечтатель,
Циолковский Константин:
Нам Космос шанс даёт объединиться.
* * *
Кукушка и Житуха
Сидит Кукушка на сосне,
А внизу Житуха,
И решает: «Как же мне
Сообщить старухе,
Что ей вещий рок сулит,
Коль она всё время спит?
Надо ж хоть привстать немного,
Чтоб могла я посмотреть,
Сколько лет ещё ей тлеть».
И кричит Кукушка строго:
– Эй, Житуха, проснись, ку-ку,
Ты ведь уж в пролежнях вся.
Хватит лежать на одном боку,
Переворачивайся!»
– Не хочу.
– Почему?
– По кочану.
– Подумаешь, какая барыня!
Вот клюнет петух жареный,
И встанешь, и побежишь.
----------
Мораль одна тут на поверку:
Бездействуешь, лежишь, молчишь,
Так слушай, что кукуют сверху.
* * *
Памфлет и Притча
Случается –
Отправились в дорогу
разом
Памфлет и Притча.
Памфлет орёт,
Клеймит, ругается,
Пугает всех сарказмом,
Издевается,
Упрёками наотмашь бьёт.
А Притча рядышком идёт
Задумчиво, прилично,
Поклоны раздаёт,
Подсказывает, учит,
улыбается.
Год вместе шли, устал
Памфлет,
Ни сил, ни голоса уж
нет.
И говорит он, издыхая:
– Похоже, дальше мне
никак.
– Ну что ж! –
Сказала Притча тут в
ответ. –
Большую жизнь не
проживёшь,
Всё время злясь, ворча и
хая.
А у меня судьба иная –
На века.
* * *
Карл Маркс и жестянщик
У нас «Das Kapital»
Бессилен.
----------
– Ну ты, лихач, попал! –
Сказал учёному Василий. –
Куда ж ты так упрямо гнал!
Я Опель твой, конечно, отрихтую,
Загрунтую, зашпатлюю, зашлифую.
Но кто за это всё готов платить?
– Ну, если на
партийном сленге,
То верный мой
соратник Энгельс.
Однако я хочу
у вас спросить,
Прибавочная
стоимость в зачёте?
– Чего? –
наморщил лоб жестянщик.
– То есть
какая разница меж тем,
Что стоит ваш
тяжёлый труд,
И тем, что вы
с меня возьмёте?
– Ты думаешь,
что я обманщик?
– Ну что вы,
сударь, вовсе нет.
Но всё должно
быть по науке.
– У нас
сейчас своя наука, дед:
Бери, сколь
загребают руки.
* * *
Мигрант
В Калуге мужики
Играют в городки,
У леса, на отшибе.
А рядышком на кипе
Трухи осенней
Стоит мигрант с метлой,
Любуясь палочной игрой.
И вдруг из тени,
Ну, ежели на лес смотреть,
Выходит бурый наш медведь.
Наделал дел вприсядку
И сразу на площадку.
Какая там игра,
Какие городки!
Поразбежались мужики,
Оставив биты и фигуру пушки.
До самой дальней до опушки
Гнал косолапого мигрант,
Под зад ему метлою тыча.
----------
Такой у дворников талант
Или обычай:
Гнать хулигана со двора.
* * *
Молчи, поэт!
То ухая, то хохоча,
В краю таёжном диком
Читает филин опусы
свои
Двусложным криком,
И чаще по ночам.
Шумит, спать не даёт.
А вот о чём его стихи,
Никто не разберёт.
И разбирать-то не
желает,
Иных забот хватает.
Зайчишку волк достал,
Лягушку – уж, шмеля –
паук,
Косулю – рысь, крота –
барсук,
А всех вообще – амбал,
Топтыгин то есть,
О силе коего всяк
знает.
А филин всё стихи свои
читает.
И ни один не помогает
Выжить там,
Где хищники по всем
углам,
Числа им несть,
И жизнь – сплошная
мука.
----------
Другого лозунга тут
нет:
Молчи, поэт,
Ты не достоин звука,
Коль правды вес не по
плечам!
* * *
Олигархи и прочие
Наберитесь терпения,
Идут судебные прения.
Истцы – это прочие,
Ответчики – это олигархи.
Исковые требования:
Признать олигархов хитрыми очень
И препротивными архи.
Судья – сам Бог,
На вид очень строг.
Прочие, зло обращаясь к ответчикам:
– Вы поколение хапающих,
На нас плюющих,
Поэтому процветающих,
От пуза жрущих.
Олигархи, сухо обращаясь к истцам:
– А вы поколение хающих,
И чуда ждущих,
Поэтому выживающих,
А не живущих.
Судья, хмуро обращаясь к сторонам:
– Для меня вы единый народ,
И дьявол вас разберёт,
Как вам жить наперёд,
Поэтому дело я прекращаю.
----------
Какая в басне сей мораль,
Не знаю.
А жаль!
* * *
А я так вижу!
По самому высокому тарифу
Доверили поставить Грифу
Трагедию Уильяма Шекспира
Про короля несчастного, про Лира.
И вот премьера.
Раздвинут занавес по сторонам,
А на полу, на сцене, тут и там,
Сплошная мертвечина:
Останки бородавочников, львов,
Жирафов, страусов, слонов,
И ни начала, ни конца.
Пытаясь выявить причину,
Спросили режиссёра, где ж тут Лир,
И где ж тут подлинный Шекспир,
И где ж тут соответствие престижу?
На что ответил Гриф,
Спесиво хвост свой распустив:
– А я так вижу!
----------
Гони того художника-творца,
Чей взгляд на наш прекрасный мир
Настолько субъективен,
Что противен.
* * *
Государство и мафия
Ослаб Медведь,
А кто же будет впредь
Хозяином тайги, не знает
И думает: «А пусть без власти поживут»,
И то ли умер, то ли умирает,
Поскольку нет его, ни там, ни тут.
И началось:
Все хищники сплотились в «Коза ностра»
И так открыто, нагло, остро
Давай являть свою шальную злость,
Что жизнь для прочих будто прекратилась
И превратилась
В сплошную череду мытарств.
----------
На кладбище государств
Одна эпитафия:
«Государство уходит –
Приходит мафия».
* * *
ИИ-проектировщик
По документам от ИИ
Воздвигли мост через речушку
«Чушку»,
Всего-то метра три.
Проект никто не утверждал,
А некому, никто уж ничего не знал,
Как строятся мосты и прочие объекты,
Руководили всем ИИсубъекты.
Мэр акт приёмки подписал,
А мост упал
Под тяжестью прораба с чертежами,
Который топнул по нему, шутя.
----------
Одно могу сказать тут я:
Давайте снова думать сами!
* * *
Главное богатство
Судили старого Бобра
За то, что много у него добра:
Тут хатки, там запруды,
Склады, плотины, веток груды,
Запасы ивовой коры,
Каналы, штольни и шатры
Под тёмною водою.
– Ну что вот делать нам с тобою? –
Спросила выдра-прокурор.
– Забрать всё у него и весь сыр-бор! –
Вмешалась рыжая ондатра.
И нутрия, и муж её, и саламандра
Потребовали то ж.
– Ну что ж, –
Ответил Бобр, задравши губы. –
Моё богатство – это зубы.
Минует года полтора,
И снова у меня полно добра,
Нет в мире лучше дровосека.
----------
И нам давно понять пора,
В чём главное богатство человека?
* * *
Венерианский Крот
На Венеру аж с Земли
Заявились три семьи
И давай решать, как жить,
По-старому или по-новому:
Дома как возводить,
Хлеба сажать, добро хранить,
Скот содержать, детей растить?
– По-старому! –
Кричали те, кто старше.
– По-новому! –
Кто помоложе.
– Ни так, ни так для вас негоже! –
Вдруг заявил им местный Крот,
Большой такой, как бегемот,
С шипами на хребте
И зрячий. –
Нам не нужны, кто по-свинячьи
Планету запустил свою,
Смотреть на Землю страшно.
Поэтому, адью!
А нет, так все дома вам подкопаем,
Хлеба сожрём, скот запугаем…
----------
Зря мы друг другу потакаем:
Грязнули не нужны нигде,
И на Венере тоже.
* * *
Заяц-ревизор
Назначил Бог Косого ревизором,
Чтоб выявить того в тайге,
Кто кормится в реке
Икрой горбуши, кижуча и нерки.
– Устрой всем хищникам проверки,
А я покрою их позором
За поедание икры,
То есть фактически зародышей.
Негоже же
Так фауну губить, ей богу! –
Сказал ушастому Всевышний. –
На свете нету лишних.
И вот заходит Заяц поутру
В берлогу.
– И что ты видишь здесь? –
Спросил Медведь.
– Таз на столе и в нём икру.
– А так? –
Переспросил Медведь
И положил на стол морковку.
– Всего полтазика икры.
– А так? –
И на столе уж две морковки.
– Икры почти что не осталось.
– А так? –
И на столе уж три морковки.
– Икра, конечно, есть, но малость,
Чуть-чуть, посерединке.
– А так? –
И Мишка показал кулак.
– А так не вижу ни икринки, –
Промямлил трепетно Косой,
Схватил морковки и долой.
----------
Плохой
Из Бога менеджер по персоналу:
Затея с зайцем потерпела крах,
Трусишка серенький в чинах
Не страшен криминалу.
* * *
Щенок и Робот
Прогресс – движение вперёд.
Но и назад совсем нелишне.
----------
К примеру, вот.
Соседу Роботу доверили щенка,
На месяц вроде бы, пока.
Глазёнки – вишенки,
Весь рыженький,
Порода – русский той-терьер,
С мартышкой схожий экстерьер,
Такой же и характер,
Всё время хочет быть в контакте,
Побегать, порезвиться днём,
А ночью на кровать забраться
И умилительно прижаться
К ногам хозяина комком.
А с Роботом нельзя общаться.
Насыплет корма в миску и сидит,
На пол безжизненно глядит,
Как истукан незрячий.
Хвостом виляешь – без внимания,
Играть зовёшь – без понимания,
И пахнет он каким-то маслом,
Горелой пылью и пластмассой.
И Тобик,
Так терьерчика зовут,
На третий день сбежал в приют
Собачий.
Где фарш мясной щенкам дают,
И на руки их иногда берут,
И чмокают прям в лобик.
* * *
Волчья зависть
Медведя все боятся,
Страшатся, сторонятся
И уважают соответственно.
А как им стать, спросили у Совы,
Живущей по соседству,
Два волка, типа кунаки.
И та в отместку за погибшего совёнка
В зубах волчонка
Сказала им: «Так вы
Переплывите Берингов пролив,
До суши доберитесь
И сразу в мишек превратитесь».
Один волк переплыл,
На берег вышел,
Второй же выбился из сил
И просит друга еле слышно:
«Помоги».
Тот бросился на зов писклявый,
Да спохватился, я ж не волк уже,
И рявкнул по-медвежьи, нелюбезно:
«Ну и тони себе, облезлый!
Мне, косолапому, тебя не жаль
Нисколько».
----------
Мораль:
Кто рвётся к власти в кураже
Из зависти и жажды славы,
Тот на предательство весьма горазд,
Продаст и сдаст,
Как только…
* * *
Левша и блохи
Сидели б тихо,
И не достал бы их Левша.
А то – что ни блоха, то блогерша,
Звезда платформ и соцсетей,
Паразитирующая лихо
На чувствах и мозгах детей,
«И нет в том ничего хорошего, –
Воскликнул наш мастеровой. –
Растить из публики младой
Кровососущих мошек,
Клещат, клопят и вошек!»
И вроде неказистый и косой,
А блох всех до одной
Переловил и заковал цепями.
Ещё и ржавыми гвоздями
Подковал.
Лесков бы о таком писать не стал.
----------
Возможно, басенка сия лубочна,
И слог её довольно плох.
Но интернет-ресурсы точно
Не для блох.
* * *
Всем летать!
Ко Льву явился Гриф один,
Стервятник ненасытный.
– Что у тебя?
– Да вот, проект указа подготовил я.
О том, что птицы все должны летать,
Доступно, на виду, нескрытно.
И в том числе пингвин.
А то запрячет тело жирное своё
В утёсах. И как его оттуда взять,
Никто из ваших слуг не знает.
Указ подписан был. И Лев улёгся спать,
Обмахиваясь царственным хвостом.
----------
Подсказывает мне чутьё,
Что так опасно управлять –
Совсем не ведая о том,
Кто плавает, а кто летает.
* * *
Сердитый ангел
Не подлежит то обсуждению,
Что Бог решил чего.
Вот так и появился зам его
По деторождению.
Теперь, чтобы родить,
Согласие необходимо получить
У ангела с сердитым ликом.
Стоят влюблённые пред ним,
Молодожёны.
И спрашивает он, поправив нимб:
– Так, субчики, ответьте,
Зачем вам дети?
– Не знаем.
– О, господи, пижоны! –
Зашёлся ангел криком. –
Одна морока с этими людьми!
Вы же не абы кто,
А хомо сапиенсы, чёрт возьми!
Детишек нарожаете и что?
– Не знаем.
– Любить их будете?
– Не знаем.
– Беречь их будете?
– Не знаем.
– А в детский дом их не сдадите?
– Не знаем.
– Очень жаль!
Согласие я вам
Не дам.
И уходите!
----------
Мораль:
Когда инстинктам потакаем,
Подумать надо бы о том,
Как поведём себя потом.
* * *
Шла, ослабев,
по кругу Власть
И вдруг
споткнулась о Свободу.
Та встать как
раз и крикнуть собралась:
– Народу
Ты, Власть,
как сила, не нужна,
Тебя ругает
вся страна.
– Ну что ж, –
сказала Власть и отступила. –
За шаткий
трон я не держусь.
Теперь,
Свобода, ты на время сила,
Коль
шествовать нам прямо не дано
И мы по кругу
врозь гонимы.
А я пока тут
отлежусь.
Когда,
ослабнув, обернёшься,
Тогда уж об
меня споткнёшься.
----------
И так, друзья
мои, давно:
Пути сих
героинь исповедимы.
* * *
Мораль, предупреждение, совет:
Не верить от бессилия – бравада,
В неверие по силам верить надо.
----------
Решил вдруг Человек, что Бога нет
–
Такое вот его постигло искушение.
А Бог решил, что это нарушение
Законов жизни на Земле. И стал
гадать,
Какое ж испытание назначить
Человеку.
«А сделаю-ка я его умом калекой
И посмотрю, как с этим можно
совладать
Без божьей помощи и облегчения».
Но выжить с покалеченным умом
И в слабости духовной Человек не
смог.
Однажды он в бреду спалил свой
дом
И сам сгорел при этом.
Не удалось ему спастись.
А что же Бог?
А Бог ушёл по Млечному пути
К другим планетам.
* * *
Ум и Слово
Ну, это знаю даже я:
По книге Бытия
Иаков взял да и родил Иуду.
Какого именно, я уточнять не буду,
Поскольку басенка сия
И без того заумная.
Она о том, как Ум родил когда-то Слово,
Которое всегда было готово
Служить великому отцу.
Но наступило время цифровое,
И превосходство Слова подошло к концу.
Ещё и предпочтение глупцу
И сквернословие такое,
Что Ум стал чахнуть, как сума
У путника в пустыне.
----------
Как ни крути, но ныне:
Чтоб не остаться всем нам без ума,
Придётся снова
Признать святыми Ум и Слово.
* * *
Всем по чаинке
Состарилась тайга:
На двух юнцов три старика,
Которые слегка бунтуют,
Медведя в серый цвет малюют.
Не обеспечивает, мол, едой,
Хотя обязан как хозяин,
Особенно ворчат с окраин.
Что делать в ситуации такой?
– А надо, как когда-то,
Подарки всем вручить сперва, –
Сказала мудрая Сова. –
Благое дело свято.
Намедни вот как раз
Сорока спёрла где-то пачку чая.
Твердит, что от отчаяния.
– Немедленно её ко мне,
Это приказ!
И вот стоит Медведь на пне,
Как на картинке,
И говорит мятежному зверью:
– Сегодня я, друзья, дарю
Всем по чаинке.
Для вас мне ничего не жаль.
----------
Тут не мораль,
А формула проста:
Медвежья доброта
Равна длине его хвоста.
* * *
Про Ивана-Графомана
– Ты кто? –
Спросил издатель у
Ивана.
– Я Графоман! –
Ответил с гордостью
Иван. –
По правде, без обмана.
– А я-то думал, вы
повымерли давно.
– Ну это вам жить
вечно не дано,
Мне ж умирать всегда
не время,
Поскольку я и есть
Бессмертное
писательское племя.
– Отродье вы и
дьявольское семя!
Писатели у нас –
спецы,
А не безусые юнцы
И старики с деменцией.
– А, ежели талант, как
божий дар,
Имеется,
И ум, и знания, и
честь?
– Скажи ещё, душевные
порывы.
– Зря ржёте,
милостивый государь.
Таких, как я, полно,
И все мы живы.
А вы ни критик, ни
поэт.
– Тогда закрой мой
кабинет
С обратной стороны,
И рукопись свою засунь
в штаны.
----------
Издатели поэтам не
страшны,
Не в графоманстве
дело:
Его в подлунном мире
нет.
Пишите, люди, обо всём
и смело,
Ивана ж Графомана
Знают сотни лет.
* * *
