Он будет нежным, как желе
Он будет нежным, как желе,
Хоть мир сверлит и давит,
Он будто свежий в кожуре -
Тот фрукт ещё! Он вправе.
Ведь если сплющит даже вал
Забот житейских вскоре,
Он скажет: «Это карнавал
В раздавленном просторе».
Зарок сильнее, чем судьба,
Что каждый день копытит,
За рог поймать её - раба,
Завянет разом в быте.
И вот поэтому с утра
Он в поддавки играет:
Под прессом, свёрлами «Ура!»
Мычит. Как будто в рае.
И мир его хорош, пригож,
Как роза на балконе,
Он на неё слегка похож
В не разовом поклоне.
Его я знаю. Эй, Митрич!
Привет, наш милый дворник!
Здесь в рифму просится «кирпич»,
А дальше «мирный дворик».
Хотя и «Йорик» бы сошёл…
Ну, вот мы у финала -
Цепочка букв, словесный шёлк
Забыли смысл начала.
Ах, да! Желе, давить и фрукт.
Хвала халве и соку!
Ведь ждут они умелых рук,
А не стихов с наскоку.
Бедный Йорик метёт дворик.
Рядом с ним Шекспирт в сторонке
Сигарету курит нервно.
И Отелло с Дездемоной
Вдалеке гремят портвейном.
Тенью Гамлета незримо
Проплывает кто-то мимо.
Каждый занят своей ролью
Нераскрытого таланта.
Жизнь – игра. Кругом актёры
Погорелого театра!