я бы хотела тебя никогда не знать

и я бы, пожалуй, хотела тебя никогда не знать. 

не видеть ореховых глаз и не слышать твой голос. 

я не хотела б ни разу тебя обнять 

или убрать со лба капризный волос. 

я не хотела бы снова вдыхать тебя,

знаю ведь, что отравляешь сильнее хлора. 

я не хотела бы руку твою сжимать, 

стоя на набережной в собачий холод. 

я бы хотела тебе не писать стихов, 

задыхаясь, ночами в подушку реветь белугой,

и голову не хотела бы класть тебе на плечо,

чувствуя, что рядом с тобой я - дома. 

я бы хотела, чтоб ты никогда не знал,

как умираю и как мне паршиво, когда не вместе. 

я так хотела, чтоб хоть бы разочек ты опоздал 

и дал мне шанс навсегда остаться лишь в «наших» песнях.  

я бы хотела не открываться тебе ни на грамм,

я бы хотела не слышать твоих признаний. 

хотела, как лучше, но у небес свой план:

и он, как мы выяснили, заключается в страдании. 

ты - пулемёт. вместо снарядов - куски стекла. 

целишься метко, стреляешь почти без осечек. 

ты - пулемёт. а мишень твоя - это я. 

пойдёшь мимо храма - поставь за меня свечку. 

знаешь, я правда хотела бы всё вернуть. 

отформатировать память, как глупый пустой накопитель

боли, тоски, пустоты. но таков мой путь,

и на премьере этой трагедии ты единственный зритель. 

думала, сердце не будет рвать (ведь ничего не осталось

на месте его - лишь горстка дурацкого пепла),

но каждый раз думая, что наконец-то всё оборвалось,

связь наша только неумолимо крепла. 

выстрел. ещё один. и, истекая кровью,

я улыбаюсь, смотрю на тебя с любовью. 

а после скажи, что любишь 

тоже.

и выпали в меня без жалости всю обойму.