Казнь
Ветер пылью дышит тяжко,
В небе чернь влечёт опасно,
Молвят «отче наш» напрасно
Губы каторжника-баста.
Гам с трибун грохочет наземь,
Шаг ступает взгляде князем,
Каторжнику клич: «Погасим!»,
Песнь звучит колодок в грязи.
Взмах и миг, тупой разрез,
Вдох и крик – народ торжеств,
Смерть и жизнь – закон божеств.
Завтра вновь часы блаженств.
Будет тяжкий ветер вновь,
Неба чернь закроет кровь,
«Отче наш» забудь готов:
Губы каторжника в ров.
В небе чернь влечёт опасно,
Молвят «отче наш» напрасно
Губы каторжника-баста.
Гам с трибун грохочет наземь,
Шаг ступает взгляде князем,
Каторжнику клич: «Погасим!»,
Песнь звучит колодок в грязи.
Взмах и миг, тупой разрез,
Вдох и крик – народ торжеств,
Смерть и жизнь – закон божеств.
Завтра вновь часы блаженств.
Будет тяжкий ветер вновь,
Неба чернь закроет кровь,
«Отче наш» забудь готов:
Губы каторжника в ров.