Дед Епифан. Не кончается все осень...

Не кончается все осень,

Снег никак не ляжет. В восемь

Непроглядная уж тьма.

Долго тянется весьма,

Ночь бессонная. На стенах,

Таят тети постепенно.

Телевизор барахлит,

Старше деда он, поди.

Чай с вареньем, пахнет мятой,

Бабка кружится по хате.

Нет ни у кого в глазах,

Сна. Кукушка на часах,

Так и та не спит, кукует,

Отмеряет время струи.

Стрелки не остановить.

Хитро вьется жизни нить.

Что ни день, опять интрига,

Как понять ее? Поди-ка,

Принесли вчера письмо.

Иностранное клеймо.

А они ведь и не знали,

Что кузен Маринин Гарри,

(Не напишут Игорек

В иностранный некролог),

Он преставился, по-русски.

И теперь Марину в Хьюстон,

Приглашают, в штат Техас,

Чтоб вступить в наследство, раз.

Два, исполнить брата волю.

Прах его лежит дотоле,

В крематории. А брат,

Захотел домой, назад.

Вот и нужно, чтоб Марина,

(Уважительна причина),

Отвезла его в Торжок.

Так сказать, в родной исток.

Вот забота, так забота.

Где тот Хьюстон? Отчего-то,

Страшно ехать старикам,

В это вражеский бедлам.

Это ведь за океаном.

Самолетом только, знамо,

Можно им попасть туда,

Ох, дурная голова!

Поезд – то другое дело,

Это б дед поехал смело.

Ну, а тут-то самолет,

Вот ведь жизни поворот.

Только там не здесь, препоны,

Бюрократы и законы.

В документах, коль, она,

Значит, только им тогда,

И лететь. Как не брыкайся,

Но придется им хозяйство,

На соседку оставлять.

Расстарается пусть зять,

И оформит все бумаги,

Купит им билеты всяки.

Епифан же в том профан,

Учинит еще шалман,

Поперек, коль, скажет слово,

В кабинетах тех суровых,

Кто-то. Дед ведь сгоряча,

Рубанет в ответ с плеча.

Ну, да песня та не быстра,

Это ж только у министров,

На пути зеленый свет.

Остальные ждут сто лет.

Но, хоть зять и недотепа,

Не умеет он работать,

Но зато болтать горазд,

Так что все проблемы враз,

Он решил. Всего-то месяц,

Ну, еще плюс-минус десять

Дней, и вот уж старики,

Собирают рюкзаки.

Дед в белье запрятал деньги,

Подгибаются коленки.

Уж подъедет вот такси.

«Бабка, эй, давай-ка мы,

На дорожку-то присядем.

Ведь обычай. Сядем, надо».

Тут подъехало такси,

«Все Матрена, дом блюди!».