Время

Она — 6-й класс — с матерью и меньшим братом. Почему раньше — не помню.
Я — в Тамбов, к своим родовым корням. Они — в Евпаторию.

На моё удивление разговорились мы как-то запросто и свободно. Обычно со мной не так.
Но наша болтовня пустилась, как рыба в воду.
Оказалось (это выдала мать), что она вовсю гоняет с мальчишками в футбол. Меня это восхитило.
Токовали мы на нашем ярусе магически легко, как стихия вольно, и в каком-то смысле самозабвенно.
Весь первый вечер и весь следующий день.
И только на второе утро, в последние часы до прибытия, пришло некоторое сожаление, что скоро наши пути разойдутся. Тогда совсем не острое.

И видимо, ей тоже показалось нечто схожее.
    Явно увеличилась доля молчания.
    Совершенно не оправдано прикрикнула на брата.
Так что возможно и я в кои веки обзавёлся значением.

В своём же Тамбове я ходил, что по дому, что по городу — как по клетке. Всё моё пролонгированное лето. До самой осени. А взгляд мой успокаивался, как ни странно, только на городской телебашне — наивысшей точке той местности. Ибо всеми мыслями был далеко.

Наконец к 1-му сентября сорвался обратно в Воркуту, к точке схода наших дорог.
Я возвращался, но что-то уже мешало жить тем же, чем раньше.

Я помнил название её посёлка.
Знал, среди каких классов искать.
Что гоняет с мальчишками в футбол...
Не много, но и не настолько, чтобы это стало препятствием для того рвения.

Но не знал я, что делать дальше.
Можно было выйти друг на друга как прежде.
Но тема быть прежней уже не могла.
Я же в каких-то иных ролях себя представлял.
Не смел и помыслить.

И главное. Не было уже веры, что моё появление будет приветствовано.
Возможно ли чтобы моё значение было таково?

Всё-таки время — величайший вандал.