О русском стихосложении (вопросы теории)
Голосование
Любимый поэт

Кто из классиков Вам больше нравится?

Пушкин
444
Лермонтов
105
Есенин
285
другой
204

Итоги ненужной войны. Фантазия. (11 часть.)

Иллюзия души.

Итоги ненужной войны. Фантазия. (11 часть.)
Продолжение.
 

***

Главнокомандующий посетил и делянку Тапроналка. Там его рабочие строили какие-то странные лодки. Или что-то похожее на них.
– Вы собираетесь сокровища северных шахт транспортировать по воде?
– А почему нет? Оттуда течет полноводный приток Ауны.
– А как вверх по течению?
– Можно парус. Правда, его не из чего шить. Поэтому мы волоком. Хватит рук людских у нас. Может и вы поможете с тягловыми животными.
Такенхок покачал головой. Что-то было здесь не так. Но что? Он пока понять не мог.
Заканчивался последний день перед штурмом. Начинался вечер. Но и он пролетел быстро. Наступила последняя ночь. Для многих она действительно будет последней ночью их жизни.
А ночью в сон Такенхока снова пришла белокурая девушка из храма Серебряной Звезды. Немного времени приходилось выделять для сна главнокомандующему. Но в часы недолгого отрешения в полусне от действительности она иногда являлась к нему. Но в виде призрачного образа, безмолвная и практически безликая. А сегодня она пришла во всей своей красе. Взяла его за руку, улыбнулась. Ему захотелось поцеловать ее руку. Он потянулся к ней губами, но она тут же растаяла, вместе с ее хозяйкой.

***

Шесть утра.
Голодный воин – плохой воин. Кашевары в походных котлах приготовили пищу для армии. Ратники потихоньку от кухонного аромата просыпались, потянулись к котлам. И снова главнокомандующий не заметил ни на их лицах, не в их движениях чего-то из беспокойства, чего-то волнующего. Как будто им предстояла сегодня не страшная битва, а еще один очередной переход.
Семь утра.
Рабочие подтащили поближе к городу плетень, заготовленный для защиты камнеметов и их обслуги. Все поправляли амуницию, проверяли оружие, многие молились.
Конные воины, поделившись на две части, заняли позиции выше по течению реки от города и ниже. Так, на крайний случай. Все могло случиться. В том числе и неожиданные удары с флангов, в густых лесах на здешних землях могли укрываться небольшие группы из воинов противника. Укрепили тыл. Так же на крайний случай.
Город словно спал.
Восемь утра.
Ударили барабаны.
Пробили сигнал атаки.
Прикрываясь щитами побежали на исходную позицию легкие лучники. Покатили свои машины камнеметчики. Встали за плетень лучники с мощными большими луками.
Громогласный крик тысячей голосов:
– Гейяааааааааааааааааааааа!!! – Скинул с ветвей деревьев сотни птиц в лесу. Наверное, звери того же леса ринулись от испуга куда глаза глядят, а рыба отпрянула от ближайшего берега.
Рабочие и воины, определенные для первого штурма, с плетеными настилами и лестницами отдельными группами опережая друг друга бросились к стенам крепости.
Такенхок был доволен. Слаженность действий его воинов радовала. А город пока еще не подавал признаков жизни.
И вот настилы брошены на то, чем заполнен ров, многие уже на той стороне рва, ставятся к стенам лестницы...
Такенхок решил, что ему померещилось. В мгновенья ока высота крепостных стен увеличилась вверх почти на метр, и на самом верху появились бойницы. Так это не стена выросла, это ее оконечность ощетинилась щитами защитников города. На бойцов, уже поднимающихся по лестницам, полетели дротики, стрелы, камни.
И тут со стороны атакующих ударили камнеметы, в бой вступили лучники. Не зря производилась пристрелка. Меткость и арбалетчиков, лучников и камнеметчиков поражала. Но пустоты, на стене, образовавшиеся после метких выстрелов, быстро заполнялись другими щитами. На место раненых и погибших с той стороны вставали новые защитники. Много было раненых и убитых среди атакующих, но первые воины уже достигли верхней точки стены и врубались в выставленные щиты защитников крепости.
Пора пускать вторую волну атаки. Такенхок взмахнул мечом.
– Гейяааааааааааааааааааааа!!!
Очередная группа атакующих его армии, большая по своей численности первой бросилась в атаку.
И тут произошло нечто неожиданное. Из стены между лестницами вывалился камень, из образовавшейся дыры высунулась труба, из которой сразу же потекла струя огня. Она не растекалась по сторонам, а по ложбинке текла непосредственно в ров. Такенхок похолодел. Сейчас воспламенится сушняк во рву. Атакующие будут отрезаны стеной огня от армии. И даже отступить у них не будет возможности.
– Каснискес, сигнал отхода! Сигнал отхода!
Ударили барабаны.
Вторая группа атаки остановилась, они еще не поняли в чем дело, поэтому недоуменно оглядываясь, воины топтались на месте. А те, кто лез на стены, за воем летящих над их головами камней и пеньков, за криками раненых, за скрежетом ломающегося дерева ничего не слышали. Пара минут, и отступать было уже некуда. Надо рвом стояли высокие языки пламени. Но бойцы, даже поняв, что они приговорены теперь к смерти, не оставили своих попыток подняться на стены крепости. Они падали вниз сраженные стрелами и дротиками, поверженные камнями, они вместе с лестницами летели в огонь, бушующей в яме. Но первые отважные ратники все-таки запрыгнули на стену и вступили в неравный бой с защитниками.
Такенхоку стало нехорошо. Он много терял в прежних сражениях своих бойцов. Но никогда не было ничего подобного. Он все видел, но ничем не мог помочь.
Вернулись те, кто бежал во второй группе. Они были растеряны и подавлены.
А там, у стен Берглафа погибали их товарищи.
А пламя бушевало. Черный дым окутал окрестности. И уже не видно было ни самой крепости, ни ее защитников и тех, кто пытался их оборону преодолеть. Вернулись лучники, вернулись камнеметчики. Дым мешал им вести прицельную стрельбу.
Не прошло и трех часов сражения, а оно Такенхоком было уже в этот день в самом начале проиграно. Гореть будет до завтра, если даже не подливать больше жидкого огня. А если этого огня столько, что можно лить его каждый день, что тогда делать? Надо менять тактику, нужно менять стратегию. А как же быть со сроками и временем, озвученных Кнафеем у храма смерти Накнея?
К вечеру дым рассеялся, пламя местами во рву угасло. Такенхок взял копье, зажал его в кулаках на вытянутых над головой руках и пошел в сторону крепости.
– Командир! Командир! Вернись! Это без тебя можно сделать! – кричал ему вслед Каснискес.
Но он шел вперед, не обращая внимания ни на крики Каснискеса, ни на призывы скачущего рядом Павлата. Павлат не отставал. Главнокомандующий подошел к краю рва. С крепости смотрели на него, но не предпринимали попытки лишить жизни смелого воина.
– Благодарю вас за самоотверженность и смелость. Но и мои воины заслужили того, что бы их похоронили, и оказали помощь раненным. Разрешите нам забрать своих от стен крепости. До ночи перемирие?
– А что ночью? – ответили со стены.
– Мы не будем ограничивать перемирием вас в ваших действиях ночью.
– Хорошо! До ночи перемирие!
Такенхок вернулся к своему шатру.

Продолжение следует
0
19:33
73
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Читайте также: