О русском стихосложении (вопросы теории)
Голосование
Любимый поэт

Кто из классиков Вам больше нравится?

Пушкин
429
Лермонтов
101
Есенин
277
другой
197

Дом, который построил Джек 4

Иллюзия души.

Дом, который построил  Джек 4
 А у  мамы опять появился друг.  Внешне он был полной противоположностью  дяди Вити, ее прежнего друга: высокий и очень худой. Но  Инке он тоже понравился. Они подружились. Дядя Гоша был веселый и постоянно подшучивал над   Инкой, и она   всем своим робким, но так жаждущем любви сердцем привязалась к этому смешному,  длинноногому, тощему  человеку. Она приняла его игру и тоже шутила над ним, общаясь с ним, скорее, как с ровней, чем  со  взрослым человеком. Она стала звать его Кошей, как в ее любимом  фильме-сказке баба-Яга звала  Кощея Бессмертного. «Тогда я буду звать тебя Бабой-Ягой» - смеясь, сказал ей Коша. 
 
     Так они и остались друг для друга бабой Ягой и Кошей.  А потом Коша уехал. Оказывается, где-то далеко, в другом городе у него была семья. И Инка тайно от мамы оплакивала свою потерю.   А вскоре от Коши пришло письмо, и  мама дала Инке прочитать то место, где Коша передавал ей привет. Но вместо Бабы Яги он назвал ее ведьмочкой.  И Инке стало грустно и обидно, потому что Коша уже начал забывать ее.   
 
     А потом появился ОН  - Мухин.  И  Мухин был противный… Вообще –то его звали  дядей Женей. Но   для Инки он был просто Мухин. Ей  было противно в нем все:  от его носа уточкой до  голоса. Все в нем было фальшивым и приторным. Даже стихи он читал  манерно,  словно желая показать, какой он культурный.   Но Инку никто не спрашивал, нравиться ей Мухин или нет. Он пришел и стал жить у них. Видимо у него не было семьи в другом городе. 
 
     Мама и Мухин иногда ссорились. «Пусть бы мама его выгнала» - думала Инка. Но Мухин жил и, похоже,  не собирался уходить. А однажды они поссорились очень сильно. Мухин вернулся домой  один, без мамы и, с досады, решил ее напугать. Он   порезал себе вены и стал ждать, когда придет мама. А мама все не шла. И тогда Мухин испугался и разбудил,  уже спящую, Инку и попросил вызвать скорую.  
 
     На «скорой»  приехала мамина «артистка» - фельдшер Галочка и   увезла  Мухина.  Она сказала, что с ним  все будет хорошо. После этого случая у Инки остались смешанные чувства презрения и страха.  Презрение  постепенно исчезло - с исчезновеним Мухина, а страх, испытанный той ночью, при виде  сидящего у бака с  красной водой  человека, посягнувшего на собственную жизнь, остался на всю оставшуюся жизнь.

      Мухин исчез из их жизни,  но оставил после себя зло, которое перевернуло и разделило их жизнь на две разные жизни. Однажды мама таинственным голосом сказала, что покажет Инке, что-то,  о чем нужно молчать и никому не говорить.  С таким же таинственным видом, она достала тряпичку и развернула ее.  Инка увидела на тряпичке грязно – золотистый, зернистый  комок размером  примерно с два спичечных коробка.  Инка не поняла, что это.  И тогда мама положила этот комок ей на ладошку. Инка почувствовала  его тяжесть и  одновременно с ее догадкой мама сказала: «Это золото. И за него   могут посадить в тюрьму». Это был «мухинский подарок» маме. «Выброси» - сказала  Инка. Вспоминая впоследствии этот случай, Инка всегда мучилась вопросом:  зачем мама показала краденое золото ей?   Опять ложь. Только уже более страшная и серьезнее наказуемая.
 
     Но пока все было хорошо.  Инке так думалось, что все хорошо. Иногда, впрочем, бывали неприятные и тревожные моменты. Мама все чаще  бывала выпившей. Инке это не нравилось. Но ничего с этим поделать она не могла.
 
     Инка перешла уже в восьмой класс, как  вдруг маму пригласили на работу в город.  Ей  дали благоустроенную однокомнатную квартиру и  они переехали. Но Инка,  на отрез,  отказалась менять школу. Мама не стала настаивать, и она  каждый день, по привычке – в темноте, стараясь не разбудить маму, собиралась и   на шестичасовом утреннем автобусе ехала за пятьдесят километров в любимую - уже любимую - школу, к тете Нининому чаю, к Надюшке, а вечером возвращалась обратно.  Квартира была холодной,   и они спали с мамой  на одной единственной кровати,  тесно прижавшись  и согревая  друг друга.  И все у них было замечательно, ведь они были вместе, и  Инке   исполнилось уже пятнадцать лет, а маме - всего тридцать шесть.
 
     И был один день – выходной. Мама осталась дома и Инка тоже. Они теперь так редко бывали вместе. Инка тихо радовалась. Они решили, что сегодня вдвоем настряпают пельменей. Они уже приготовили все,  что было необходимо, как вдруг  нежданно  пришла  соседка и пригласила  маму на какое-то  свое торжество.  Мама ушла, а Инка, конечно, загрустила. Но фарш и тесто лежали на столе. И  Инка решила, что вполне справится  одна.  Лепила, ждала маму и  думала, как мама удивится и обрадуется, когда узнает, что Инка уже все сделала сама.   
 
     А потом в квартиру постучали. Инка кинулась открывать. Из открытой  двери квартиры напротив…, какие то люди… по грязному  каменному полу площадки… словно куль с картошкой… тащили ее маму.   Мама была совершенно пьяна!    Платье сбилось и задралось, голова безвольно моталась из стороны в сторону.  Инку  накрыло душной волной стыда и унижения. Она словно окаменела, и эта картина   клеймом  врезалась в Инкину память: безвольное тело матери на грязном полу подъезда  и полоска белых панталон, выглядывающая из-под ее платья…
 
      Позже, сидя в одиночестве на кухне,  прислушиваясь к неровному дыханию матери, она вдруг обнаружила в себе еще одно чувство – ненависть.  Ненависть к этим людям, тащившим  ее мать, как мешок с картошкой, которые увели ее от Инки, напоили  и опозорили. Инка не могла винить маму,  какую бы боль она ей не причинила. Она оставалась все той же мамой: беззащитной и нежно - любимой.
   
     Приближались Новогодние каникулы. Мама оставалась на Новый год в городе, а Инка, как всегда собиралась в поселок к Надюшке. Но все как-то пошло  не по плану. Надюшка вдруг заявила, что ее пригласил на Новый год  ее новый кавалер. К тому же,  тетя Нина, которая должна была  увезти для мамы в город праздничное платье из гримерки Дома культуры,  закрутилась и не успела на дневной автобус. И тогда Инка заявила, что сама увезет платье. Тетя Нина расплакалась, она чувствовала себя виноватой  и собиралась ехать в город на последнем автобусе. Но Инка уже «закусила удила»,  и сколько тетя Нина ее не уговаривала, она не изменила решения.
   
     В город она приехала уже по темноте. Мама была дома и не ждала Инку. Платье оказалось безнадежно малым. И тогда Инка стала наряжать  маму на праздник в городской дворец совсем, как мама наряжала  ее в детстве на утренники.  Из куска белого  гипюра   был выкроен «королевский»  воротник.  Инка пришила его к ее единственному выходному,  строгому, черному  платью. Вышло очень даже неплохо.  Обе были довольны. Инка ни о чем не жалела.   На душе было легко и спокойно. Мама звала ее с собой, но Инка только махнула рукой. Телевизора у них не было. Но было радио. И с боем курантов Инка сказала «ура», съела яблоко и легла спать. Это был ее последний Новый год   на севере и… рядом с мамой.
 
      После Нового года мама улетела  к бабушке. А Инка уехала на все каникулы   к  Надюшке.  Но вот уже и каникулы закончились, а  мама все не возвращалась,  и Инка начала волноваться.  А потом наступил тот день: завуч забрала ее прямо с урока и  привела  в свой  кабинет,  и какой-то дяденька, видимо следователь, пытливо выспрашивал Инку  о том -  «мухинском»  золоте.  Рядом, с нескрываемым любопытством, стояла завуч, и  Инке  хотелось  умереть, исчезнуть,  провалиться  от стыда, но опустив голову она твердила одно: «Я ничего не видела». «Странно… - сказал дяденька следователь. -  А мама сказала, что показывала тебе».  Но Инка молчала, она ведь обещала маме, она не могла ее предать.
 
     Через несколько дней Инка уже летела  к отцу. Все  их с мамой вещи были  брошены в холодной пустой квартире.  Она навсегда покидала поселок, который полюбила всей душой, друзей, милую  и добрую тетю Нину,  Надюшку…  « Я еще вернусь сюда.  Обязательно вернусь!» - убеждала себя Инка, глядя на   проплывающую под крылом тайгу,  но так никогда и не вернется. Так закончилось ее детство. Для  нее начиналась совсем другая жизнь.       
+5
19:32
309
Печально. Но нет ничего страшнее той потери, которую нельзя вернуть. Все остальное можно пережить, перетерпеть, перестрадать.
15:02
+1
Вы правы.
Я мудрый старый хрыч! )))
17:48
+1
Тогда я хрычиха rofl
Женщины до 108 лет молодухи. )))
Читайте также: