Голосование
Любимый поэт

Кто из классиков Вам больше нравится?

Пушкин
21
Лермонтов
5
Есенин
13
другой
7
Чат


    Ожидание

    Сентиментальные рассказы

    Ожидание

    Он начал ждать с самого утра, с полуулыбкой, едва открыв глаза. Вот как нарочно, когда выходной совсем не хочется спать. На часах без четверти семь, а за окошком хмурое пасмурное утро. Пожелтевший каштан скребет веткой по стеклу. Видимо, он и разбудил. А еще сегодня день рождения. Хоть и не юбилей, но поздравлений будет, хоть отбавляй, как и в прошлом году, и шестьдесят три года до этого.

    Но пока тихо. Все спят еще. Сергей Иванович сел в кровати, привычным движением опустив ноги в тапки, отключил будильник и проверил телефон. Ничего. Наверное, позже напишет.

    Она писала ему тридцать пять лет. Стабильно каждый его день рождения. И именно этого поздравления он всегда с нетерпением ожидал. Они ни разу не общались в течение года между датами, плюсующими еще год к возрасту Сергея Ивановича, но каждый маленький личный праздник от нее всегда приходило короткое но теплое поздравление. Придет и в этот раз.

    Сергей Иванович поднялся и зашагал на кухню, собирая тапками в гармошку пыльный коврик в прихожей. Потянулся к банке с кофе, слушая, как закипает чайник. Вообще он кофе не пил - врачи не рекомендовали из-за проблем с давлением, но раз в году баловал себя, предварительно намолов жареных зерен с корицей на целые полбанки. За пыльным окном собирался дождь. Часы на кухне показывали ровно семь. Сергей Иванович снова проверил телефон.

    Раньше она писала обычные письма. Впервые оно пришло в октябре 1981-го. Достав конверт из почтового ящика, он долго вертел его в руках и не мог поверить глазам. К тому времени уже прошел год, как он ее не видел и не получал никаких известий о ней. Ее звали Катя и когда-то они были без пяти минут женаты. Тридцать пят лет спустя уже нельзя было определенно сказать, почему так странно в один день их пути разошлись, но тогда все казалось таким логичным: претензии, обиды, причины и псевдопричины. Уже не важно все. Но год после расставания он часто вспоминал ее, в основном со злобой в странных диалогах с ней в его голове. Со временем эти разговоры стихали, становились все реже, а потом он получил письмо.

    Она написала ему поздравления и несколько нестандартных теплых пожеланий. А ниже короткий стишок собственного сочинения. Она очень любила такие стишки. После долгих сомнений и терзаний, он ей ответил. Может не слишком тепло и лестно, но благодарность за поздравления в письме тоже была. Она не ответила. Так снова прошел год. Уже поздно вечером, возвращаясь из ресторана в весьма приподнятом настроении, он проверил почтовый ящик. Оно было там - письмо с поздравлением. Несколько теплых строчек на тетрадном листе.

    В мае 1983-го он защитил диссертацию. Одно из важнейших событий в его жизни, как считал сам Сергей Иванович. Ему крупно повезло: оппоненты и ведущая организация были престижнейшими в той области науки, которой он упорно много лет занимался. Катя не могла об этом не знать, поскольку работали они, в общем-то, в одной сфере, но уже давно в разных учреждениях. Он хорошо помнил, как впервые встретил ее - юную практикантку в лабораторном халате. А он - важный аспирант с толстой папкой бумаг, не мог оторвать от нее глаз. Он послал ей автореферат накануне защиты. Недвусмысленное напоминание о том, что он добился многого и без нее. Она не ответила. Она не приехала на защиту. Не поздравила она и после, а он раздраженный метался от квартиры к почтовому ящику не находя себе места.

    Письмо пришло в октябре. Поздравление с днем рождения и пожелания счастья в личной жизни. Ни строчки об ученой степени.

    Сергей Иванович пил горячий кофе и посматривал на часы. В начале девятого позвонила сестра, минут десять говорил с ней. Потом засыпали короткими сообщениями на телефон студенты. Прислал короткое электронное письмо заведующий кафедрой - из Парагвая.

    В Америке Сергей Иванович жил три года, работая над докторской и над очень важным совместным советско-кубинским проектом. Все это время в его квартире жила со своим мужем сестра. И каждый октябрь он панически боялся, что их маленький ребенок найдет и порвет цветные конверты из покрашенного в десять слоев краски почтового ящика. По возвращении он получил в руки три письма. Она не писала о себе, просто поздравляла, желала хороших вещей и событий и присылала по маленькому стишку. Ему безумно хотелось ответить, написать о своих победах, о яркой, хоть и несколько одинокой, жизни и том, что обижен на то, что она ни разу не отметила его успехов, о которых они так много мечтали и говорили раньше.

    Однажды он не получил письма. Он серьезно заволновался, но потом, уже под вечер, проверил электронную почту. Она коротко писала о том, что не имеет возможности сейчас написать на бумаге, но не уточняла причин. Письмо было таким же теплым и добрым. Последующие письма от нее он хранил в отдельной папке.

    В конце 90-х он принялся высылать ей научные журналы со своими статьями и шутливыми заметками на полях по их поводу. Это казалось ему забавным.  Ответа не было, но он знал, что она их получает.

    А в 2002-м он получил от нее первое сообщение на телефон. Сергей Иванович долго ломал голову над тем, откуда она могла узнать его номер, а потом осенило - вся информация о нем, включая телефон, была на сайте кафедры университета, где он уже год как работал. Значит, она читала о нем. Интересовалась его успехами. Позвонить ей он не решился.

    Поток поздравлений стих к обеду. Коллеги и студенты, кто не забыл, уже отписались, а сестра пожелала здоровья еще утром. Настала тишина. Сергей Иванович положил телефон поближе. Потом проверил электронную почту. Пусто, только пара приглашений на конференцию.

    Надев пиджак, он вышел в подъезд. Из почтового ящика выпали пара рекламок и чужая газета. Сергей Иванович вернулся в квартиру, оставил газету на крышке ящика. Тревожное ощущение расплывалось откуда-то изнутри мутными волнами, как приступ изжоги.

    Он выждал еще час. Потом бросился к пыльному комоду и распахнул его. Под старой фотографией, где он молодой стоял на фоне пальм с кубинскими коллегами, стояла старая деревянная коробка, а в ней безделушки вроде коллекционных значков, иностранных купюр, потертых фотографий из разных уголков мира и стопки писем.

    Вот оно, первое. Совсем истрепалось. Мишка на конверте уже плохо различим. А вот последующие. И на всех один и тот же адрес. Да он и так у него в голове!

    Сергей Иванович схватил с вешалки пальто и выбежал из квартиры.

    Мокрый осенний город был неприветливым и серым. Низкие облака, казалось, цеплялись за антенны на плоских крышах домов. Из подворотен текли на тротуары холодные осенние ручьи. Троллейбус неспешно вез его по лужам и мокрому асфальту в другую часть города, где он не был уже три десятка лет.

    Он хотел бы вспомнить как тут все было раньше, но память растворила и стерла почти все. Кварталы казались незнакомыми и чужими. Они и были чужими. В конце улицы возвышался над сохранившейся клумбой четырехэтажный дом.

    Три стука по обшитой дерматином двери. Звонок не работал. За дверью послышались тяжелые шаги.

    Как много мыслей накопилось за тридцать пять лет. И все они слились в единое слово благодарности. Сейчас. В замке медленно поворачивается ключ.

    Открыл мужчина лет тридцати с небольшим. Он пригладил растрепанные волосы и виновато спрятал ладонью щетину на подбородке. Из квартиры отчетливо тянуло запахом дешевого коньяка. Хозяин вопросительно кивнул головой.

    - Простите, я наверное... Екатерина Андреевна здесь живет.

    - О, господи! - мужчина схватился за виски. Ему, видимо, и правда было плохо.  Он торопливо раскрыл дверь, сдвинув ногой в сторону кучу обуви.

    - Проходите. Вы, наверное, Сергей Иванович?

    Сергей Иванович кивнул. Он стоял в прихожей и проходить не стал. Квартира была все той же, только обои другие и глупую перегородку убрали. Внутри вполне уютно, не притон злоупотребляющих личностей, как он сперва подумал. Швабра в углу - видимо затевалась уборка. Собранные для выбивания половики. На кухонном столе - его было видно из прихожей – стояли стаканы и грязные тарелки. В воздухе витал запах сигарет.

    - Сергей Иванович, простите меня, - небритое лицо хозяина квартиры выражало искреннее сожаление.

    - За что? Мы ведь даже не знакомы.

    - Ну, мы почти знакомы, - хозяин скрылся в комнате, а вернулся через несколько минут со стареньким телефоном в руке.

    Сергей Иванович долго держал трубку в руках.

    - Давно?

    - Десять лет будет. Она просила каждый год отсылать сообщение на этот номер из вот этой книжки, - он показал пухлый блокнот с выцветшей обложкой, - а сегодня я забыл. Но, еще ведь не поздно.

    Мужчина просиял и потянулся к телефону.

    - Нет, не нужно, - Сергей Иванович выдавил улыбку и вернул аппарат, - ну, я, пожалуй, пойду.

    - Вы извините меня все-таки, - сказал хозяин, - я не специально. Просто повод был, а сегодня я сам не свой, - он смущенно улыбнулся, - у меня дочка родилась вчера.

    - О, я вас поздравляю. Как назвали?

    - Кира.

    - Хорошее имя. Ну, мои поздравления вам и девочке.

    - И вас с днем рождения.

    Сергей Иванович вышел из пыльного подъезда. Присел на знакомую скамейку, покрашенную все в тот же голубой цвет – цвет неба. Он посмотрел вверх.

    Осенний ветер разрывал в клочья серые облака и нес их на запад.

    0
    15:44
    224
    RSS
    Нет комментариев. Ваш будет первым!