Замечательная стилистика или поэтичекий треш

Автор:
Тим Скоренко
Замечательная стилистика или поэтичекий треш
1.

Из присылаемых на рецензию произведений я делаю разные выводы. Конечно, молодые и не очень авторы далеко не всегда знают, о чём писать. Конечно, их рифмы и размеры страдают от различных тяжёлых заболеваний. Но есть и ещё один момент, который стоит осветить отдельно. Это вопрос полного неумения строить предложения и доступно излагать свои мысли. Почему-то все графоманы думают, что если это стихотворение, а не прозаическое произведение, то с порядком слов в предложении можно играть как угодно; что можно повсеместно использовать сокращённые прилагательные, существительные, частицы; что можно для попадания в размер вставлять совершенно бессмысленные слова и изобретать кошмарные неологизмы. В данной статье я хочу поднять вопрос порядка слов и формулировки предложений.

На самом-то деле, порядок слов в стихотворении должен быть максимально приближен к прозаическому. Да, конечно, стихотворение отличается от прозы повышенной «смыслоёмкостью», духовностью, формой и жёсткими правилами построения, но с чисто технической точки зрения стихотворение обязано удовлетворять стилистическим требованиям языка не менее любого прозаического опуса. Рассмотрим канонический пример из Лермонтова.

Белеет парус одинокий
В тумане моря голубом.
Что ищет он в стране далёкой,
Что кинул он в краю родном?

Если бы Лермонтов хотел сформулировать ту же самую мысль в прозе, он написал бы «В голубом тумане моря белеет одинокий парус. Что он ищет в далёкой стране? Что он кинул в родном краю?» Конечно, для поэтических целей Лермонтов изменяет привычный порядок слов, но при этом он не выходит за грань: мы не цепляемся за непривычный порядок слов, мы не чувствуем в подобном порядке ничего неестественного. Возникает невольный вопрос: где находится эта грань? Что можно, а что нельзя?

Кажется, я могу дать ответ на подобный вопрос. Он очень просто. Чем ближе формулировка предложения в поэзии к соответствующей формулировке в прозе, тем лучше. Почитайте, например, Иосифа Бродского. Многие его стихи воспринимаются не сложнее прозы, хотя мысли в них заложены невероятно глубокие. Аналогично я могу сказать насчёт Олега Медведева или Михаила Щербакова.

Конечно, это правило действовало не всегда. Конечно, при Пушкине существовали совершенно другие правила стихосложения, которые Пушкин, кстати, тоже гениально нарушал. Но даже «Мой дядя самых честных правил…» сформулировано идеально: очень близко к прозаическому литературному изложению мысли. Напоминаю, что я говорю именно о технике, но никак не о содержании.

Блестящие исключения есть. Например, Цветаева — это натянутый, как струна, нерв, эти тире и двоеточия, рваные фразы и безумные, прекрасные образы. Мы просто не вправе судить такую поэзию. Но в целом — эти правила очень действенны для молодых поэтов.

2.

А теперь разбор полётов на конкретных примерах. Все примеры взяты из разных авторов, присылавших мне на рецензию свои произведения. Я не указываю имён, поскольку в данном случае это скорее антиреклама, да.

2.1.

Когда мы устаем сражаться с тенью,
Последней страсти наступает срок
К прозрачным и простым, как дождь над степью,
Словам, стихам и мыслям между строк.

В данном катрене совершенно жутчайшим образом изменен порядок слов, особенно во второй строке. Это приводит к тому, что смысл кардинально изменяется и получается что-то вроде «наступает срок к словам и стихам», что крайне неграмотно. Что к словам и стихам имеет отношение не срок, а страсть, доходит далеко не сразу. В данном случае имеет смысл полностью переформулировать весь катрен, чтобы получился «срок последней страсти к словам и стихам».

2.2.

Очарованный мудростью Бога
И живительной жертвой Голгофы
Он укажет, как жизнь вся убога
И какой нам всем ждать катастрофы.

Не вдаваясь в смысловые несуразности данного отрывка (из серии «живительная жертва Голгофы»), обратим внимание на замечательное построение фразы «и какой нам всем ждать катастрофы». Не считая того, что «нам всем» читается не без труда, так в нормальном литературном языке порядок слов должен бы быть «всем нам». Но автору так понравилось больше.

2.3.

И совесть поэту не даст уснуть,
Нарушит покой, бередя душой,
Пока перевода постигнет суть
Надежды народа, толкая в бой.

Этот глобальный пипец принадлежит тому же автору, что и случай 2.2. Родиной клянусь, я вообще не понял, о чём это. Суть перевода постигнет надежды народа… Да, не всех кривых трамвай догнал. На самом деле, это не рекорд корявой формулировки: поверьте, бывает и хуже. Отмечу, что в других стихотворениях данный товарищ отмечался замечательными шедеврами типа:

Видимо, долго в деревне я не был,
Что обомлели пейзажами очи.
* * *
В сердце из памяти плещутся лужи
* * *
Как можно мимо проходить,
Когда Господь нам в дар извека
Смог свыше заново родить
Убогий дух в лик человека.

...и многое другое :)

2.4.

Я пишу эти строки в ожиданье стервы-музы,
Она в музее восковых фигур.
Нескольких из нас не забудут после смерти,
Предполагаемой на время раскрашенных дур.

Этого автора после смерти точно не забудут. Смерть, предполагаемая на время раскрашенных дур, вау. То есть она вот будет предполагаться, на это непонятное простому человеку время, а потом она предполагаться перестанет. Кстати, упомянутые в одной из статей выше «многопалубные трусы» вышли из-под того же пера.

2.5.

Душа поэта разрывалась,
Да, впрочем, как всегда,
И чуть улыбка показалась,
Раздался смех до Дна!

Прочувствуйте величие формулировки «раздался смех до дна». Я так и не понял, что имел в виду автор. Что имею, то и введу, как говорится. Этот же автор порадовал меня следующими фразочками:

Оно крадётся тихо в волосах…
* * *
Вино в бокале расплескалось
И выпилось до дна.
* * *
Почувствовать немой, слепой, глухой конец...

2.6.

Груша с прелью — привкус четверга,
лампочка набухшая течёт.
Я сижу с накалом утюга
у окна, играю в чёт-нечёт.

Прочувствуйте, с чем человек сидит у окна… Этот же автор порадовал меня потрясающей метафорой «…вороны — варёные — мчат через мост…» На самом деле, когда автор пытается написать о чём-то высоком и не знает, как это сформулировать, у него получается, в первую очередь, смешно.

2.7.

«Апофеоз войны» — всего лишь плач
В огромном хоре тысяч голосов,
Как мало в них добра, зато палач
Депрессией срывает с тормозов.

Палач, который депрессией срывает с тормозов, напомнил мне, в первую очередь, о Лорде Пневмослоне как квинтэссенции мирового разума. Поищите в Google.

Ну вот, ф-фух. Можно более или менее подводить итог. Умение подобрать правильные слова, грамотно сформулировать, найти доступный и правильный порядок слов и предложений, человеческие, ненатянутые образы — это очень важно. Даже, наверное, важнее, чем все римфы и размеры, вместе взятые. Вот так.
13:20
65